— Доброй ночи, дамы.
Мой номер находился ближе всего к лестнице. Недолго думая, я вставила ключ в замочную скважину и легко его повернула. С тихим скрипом тяжёлая деревянная дверь открылась. И я будто попала в другой мир: светлые стены, шикарная двуспальная кровать с резным изголовьем, деревянная мебель, небольшая зона отдыха.
Но не успела я разобрать вещи и выбрать ужин, как в дверь кто-то ни то постучал, ни то поскрёбся — звук был едва различим. Прежде чем открыть дверь, я остановилась и прислушалась. Тихий, едва слышный стук повторился.
— Секунду!
Я закрыла чемодан, лежащий на постели, и быстро вернулась к двери.
На пороге номера, беззастенчиво улыбаясь, стоял Винсент Мортон. Агент кивнул на помещение за моей спиной.
— Войду? — он кивнул мне за спину.
— Конечно, мистер Мортон.
Я отступила в сторону, пропуская босса в свой номер. Его цепкий взгляд скользнул по комнате.
— Отличный номер. — спокойно прокомментировал Винсент. — Возможно мне, как старшему в нашей команде, стоит поменяться с вами.
— Поздно, мистер Мортон. Эта шикарная кровать — моя!
Агент как-то недобро усмехнулся, но едва до него дошла вся неоднозначность ситуации, лицо стало серьёзным.
— Можно просто Винсент. Нам предстоит вместе работать не один день, давай сразу же избавимся от формализма.
— Тогда и ты ко мне обращайся по имени, — я протянула руку, будто мы впервые встретились, — Шанталь.
Хотелось верить, что это крепкое рукопожатие положит начало крепкой дружбе.
— Впрочем, — произнёс Винсент, вернув себе серьёзное выражение лица, — я не только ради этого зашёл. Нам стоит обсудить некоторые рабочие моменты.
— Присядем?
Агент кивнул, и мы устроились за небольшим столиком. Винсент держался очень уверенно и расслабленно, будто это я пришла в его номер для решения рабочих вопросов. В какой-то момент захотелось закатить глаза от подобной наглости, но я сдержалась и выдавила дежурную улыбку.
— Будь готова к девяти утра. — и с улыбкой добавил, — и подбери что-то, чтобы не свести с ума нашего прекрасного Джона Грубера.
— У меня есть с собой костюм. Даже два. На случай, если задержимся. — я объясняла спокойно, будто малому ребёнку. — Не думала, что мы сразу после долгой дороги поедем в участок, вот и оделась так. Разве в этом есть что-то плохое?
— Ты выглядишь прекрасно, Шанталь. Проблема в том, что стереотипы не ломаются за один день. Видишь ли, людям, особенно в глубинке, сложно воспринимать красивую молодую женщину всерьёз. Особенно, если она занимается такой работой. Я не представляю, по какой причине тебе так важно приковывать к себе взгляды. Мои слова — рекомендация, а не руководство к действию.
Стало по-настоящему жутко — так близки слова Винсента были к истине. Не желая показать слабость, я лишь плотнее сжала губы и медленно кивнула.
О том, что произошло во время моей учёбы, можно было узнать из личного дела. Я тогда обращалась в полицию. Ниточек к этой ситуации осталось много. Едва копни и всё перед тобой. Хотя, раз Даррена так легко уберегли от ответственности и даже не нашли в его действиях состава преступления… Может, и информацию всю подчистили после. Чтобы ничего не отбрасывало тень на репутацию семьи Апшот. Если бы пресса пронюхала, что сын главы и наследник «Апшот и Браун» подозревается в преступлении, это стало бы сенсацией. Пусть и преступление из тех, вину за которые и принято списывать на поведение девушек.
По спине побежали мурашки, а руки, сжатые в кулаки до побелевших костяшек, мелко задрожали. Тот инцидент даже после работы с психологом не отпускал. Почти полтора года потребовалось на то, чтобы осознать, что в произошедшем не было моей вины. Но смириться с тем, что этот урод не понёс наказания, я не могла до сих пор.
Боль от прикушенной щеки помогла вернуться к настоящему и сосредоточиться на словах Винсента.
— Как и сегодня, рекомендую помалкивать и впитывать мой бесценный опыт. Шеф полиции, как показала практика, больше ФБРовцев не жалует только женщин. Можешь написать об этом в отчёте, но после, когда закончим расследование. Иначе может начать вставлять палки в колёса и пакостить. А нам проблемы не нужны.
Собранность и серьёзность агента были заразительны. Я кивнула, признавая, что иногда и правда лучше держать язык за зубами.