— Давайте! Давайте сюда! — командовал врач с вновь прибывшей «скорой».
— Там еще двое. Кошмар! Вся поляна в крови!
— У меня места — только на одного. Все, я уехал!
Носилки задвинули в утробу машины, дверцы захлопнулись, врач вскочил на подножку — развернулись, уехали…
Ветка с Алешей несмело топтались возле устья лесной просеки. Оттуда бежали еще двое с очередными носилками. Простыня, прикрывавшая тело, в нескольких местах насквозь пропиталась кровью.
— Бр-р-р! — Ветка отвернулась, ей стало нехорошо.
— Э, э, ну-ка, давайте отсюда! — заметил их человек в штатском, командовавший милицейскими и врачами. Он то и дело переговаривался с кем-то по рации.
— Мы хотели…
Алеша не договорил. Он и сам не знал, чего собственно они хотели… Они боялись признаться, что с ужасом ждали: вот-вот оттуда — из глубины продрогшего мокрого леса вынесут на носилках кого-то знакомого…
— Все, ребята, жмите отсюда. Делать тут нечего! Слышь, парень, я не шучу. Смотри, девчонка твоя аж вся позеленела…
В тот момент на просеке показались очередные носилки. Только лицо того, кто лежал на них, не было прикрыто.
— Шеф, тут у нас жив один! Куда его?
— Давайте сюда! — оперативник в штатском кивнул санитару, караулившему на «скорой», которая, как видно, стояла в резерве. Тот кинулся раскрывать заднюю дверь.
— Алеша! Это же… — Ветка не смогла договорить — ком стоял в горле.
На носилках лежал дядя Сережа!
— Ника, я поеду с ним!
— Э-э-э, пацан, ты куда? — санитар преградил дорогу.
— Это… мой дядя. Дядя Сережа. Мы с дач — с восемьдесят седьмого участка. Он в лес пошел погулять… А что с ним?
— А-а-а, это меняет дело. Ладно, поезжай.
— Я только должен своим сказать, куда мы — в какую больницу?
— В Щелково поедем, в районную. Давай залезай. Время идет!
Алеша крепко сжал Веткину руку, крикнул на ходу:
— Я должен узнать, что с ним! Жди!
И они умчались.
А Ветке и вправду стало нехорошо, колени у нее подгибались. Вид крови, носилки, трупы, прикрытые простыней…
Ее состояние заметил командир с рацией.
— Ты все еще здесь? Э, да на тебе лица нет. Вот черт, еще тебя не хватало! Полезай в мою машину. Коля! — он кивнул сержанту, сидевшему за рулем. — Найди девчонке чего-нибудь успокоительного. Валидол хотя бы… Там есть в аптечке.
Ветку мутило, тошнота подкатывала к горлу. Коля плеснул ей в стакан из термоса немного горячего кофе.
— На, тут еще осталось немного. А что это у тебя тут топырится? — лукаво прищурился он и протянул руку к ее животу, где под майкой была спрятана пострадавшая рукопись.
Ветка хлопнула его по руке.
— Не ваше дело!
И тут же подумала: «Ну почему я бываю такой грубой? Ведь он же не хотел ничего плохого. Просто скучно ему, а я…»
В этот миг она заметила женщину, вышедшую из леса с той стороны, куда уходила лесная тропинка, ведущая в Свердловку.
Кофе выплеснулся из стаканчика, и крик разорвал притихшие было окрестности.
— Ма-а-ма-а-а-а!
Глава 8
Те же и Илюша…
Ветка кинулась к Вере на шею, плача от радости. Ее бурная реакция на то, что мама жива-здорова, никак не стихала, и Вера осторожно отвела Веткины руки, чуть ее не задушившие…
— Подожди… погоди. Ну, Ветка, же!
— Мамочка, как ты здесь оказалась? Ой, да ты же вся мокрая!
— Это потом. Все — потом. Не до того сейчас — Ксения там… Вера махнула рукой в сторону леса.
— Что? — удивилась Ветка, вытаращив глаза.
— Родила она! Мальчика. Там что — «скорая» стоит?
— Ой-ей-ей! — завизжала Ветка. — Родила! Мальчика! Да как же… Что, в лесу? Как это вас угораздило, мама, в такой дождь?
— Прекрати причитать сейчас же! — прикрикнула на нее Вера. — Ты разве не поняла — Ксении нужна помощь. Немедленно!
И минут через десять дежурная «скорая», что стояла на месте трагедии, уже мчала Ксению с малышом в районную больницу. По всей видимости в ту же — Щелковскую, куда только что увезли Сергея.
— У вас нет сигареты? — подошла Вера к человеку в штатском.
— Прошу! — он протянул ей пачку.
— Мам, ты же не куришь! — Ветка прямо-таки остолбенела, глядя как мама закуривает.
— День сегодня тяжелый… — она обратилась к мужчине, давшему ей прикурить, игнорируя Веткино восклицание.
— Да уж! — он скептически поджал губы и покачал головой. — Такое не часто бывает. Что ж эта ваша… мамаша? Хорошо, хоть ребенок жив! Эк ее угораздило в лес… И вы хороши! Надо было давно ее в город…
— Да. Надо было… — машинально согласилась с ним Вера. Но мысли ее были далеко.