- А почему вы именно мне сказали? - опять спросил Поттер.
- А кому ещё? Скажешь кому-нибудь из нашей семье, так он разболтает и все узнают. А если близнецы начнут творить беспорядки дома ещё и с помощью палочки, то родители нас точно убьют. Гермионе мы не сказали, просто потому, что она зароется в книги и будет заниматься по двадцать четыре часа. Она и так слишком умная, для неё вредно учиться. Ну а тебе... - он опять хитро улыбнулся. - Ведь завтра уже Чемпионат, а потом через день в школу. В этом году ты всё равно не успеешь натворить беспорядков. А в следующем году ты уже будешь совсем взрослый. Ну и к тому-же, если ты пообещал, то точно сдержишь слово.
Этим вечером, как и предсказывали братья Уизли, у Гарри ни разу не колдовал. У " Норы" глаза и уши были везде, поэтому было бы глупо думать, что тебя никто не заметит и не услышит.
. . . Утро началось с крика "Подъём!". Не выспавшийся Гарри сонно жевал какие-то хлопья. Остальные все бегали по тёмным лестницам Норы и перетаскивали одни и те же вещи с места на место.
" Прям как первое сентября." - немного раздраженно подумал Гарри. Ненужная суета его просто бесила. Как можно тратить столько времени на сбор вещей!? Они уезжали всего на сутки, а вещей брали, как в школу.
"Неужели так трудно собрать маленький рюкзак и всё!" - недоумевал он. Сам же Гарри уже собрался. Мантия невидимка, палочка и кошелёк были с ним. Салазар оставался в Норе. Тащить его на чемпионат было рискованно, да и неудобно. Ходить со змеёй в кармане при сотнях людей, половина из которых побегут обнимать и трясти ему руку. Да и сам фамильяр, скорее всего не получил бы эстетического наслаждения от великолепной игры в квиддич. Жуя размокшие хлопья, Гарри что-то пытался вспомнить. Ночью ему снились какие-то странные сны. Из-за этого ему казалось, что произойдёт что-то необычное... Несмотря на предчувствие, Гарри испытывал какое-то возбуждение. Ему казалось, что произойдёт что-то неприятное для всех, но не для него, а может быть даже что-то полезное... Окончательно запутавшись в своих мыслях, Гарри решительно отодвинул тарелку с хлопьями от себя.
Бурчащий Рон, чуть не взвыл, когда оказалось, что придётся пройти пару километров до портала. Другие отнеслись к походу более или менее положительно - ведь это был такой шанс окончательно проснуться.
Преодолев расстояние в пару километров, они встретились с Седриком и Амосом Диггори. Амос насмехался над Гарри, из-за того, что он упал с метлы во время игры с когтевранцами в прошлом году. Гарри слушал всё это молча, при этом чувствуя как внутри него закипает гнев. Внезапно его скрутило от ярости. Ему хотелось стереть улыбку с рожи Амоса, хотелось оторвать ему голову, разорвать на части, пальнуть самым опасным заклинанием. Это было ощущение, как во время ссоры с родственниками, только намного слабее. Поэтому он легко смог заставить себя улыбнуться. Седрик, на первый взгляд, попытался защитить Гарри, чем вызвал благодарную улыбку у Гермионы и Джинни. Но Гарри за своё трудное детство, а особенно за это лето, прекрасно изучил человеческие эмоции. Поэтому, он всё-таки смог обнаружить отголосок самодовольную улыбку на лице Седрика.
" Хитрый пуффендуец..." - презрительно подумал Гарри. " Думаешь, что самый умный, самый хитрый, самый благородный и вообще самый-самый? Ты хороший актёр... Внешне ты отзывчивый, добрый и верный друг, поэтому у тебя столько поклонниц и друзей. Но я чувствую гордость глубоко в тебе. Ты хочешь покрасоваться перед всеми." - с недавних пор Гарри стал видеть людей разве что ни насквозь. Это было сродни интуиции.
Гнев и ярость постепенно прошли, но Гарри не забыл об этом инциденте. Подходя к палатке Уизли, он всё ещё слышал насмешливый голос Диггори. Он непроизвольно сжал кулаки и холодно усмехнулся. В этом году они сотрут команду Пуфендуя в порошок. Он опустят её перед всей школой.
Гермиона уже забыла о Диггори, весь её разум был поглощён разглядыванием волшебного лагеря. Она радостно смотрела по сторонам. Тут она случайно увидела Гарри. Кулаки у него были сжаты. На лице была мрачная усмешка, глаза были холодны как два изумруда, а губы искривлены в насмешливой полуулыбки. Гермиона перестала дышать, смотря на своего друга. Он был как статуя... Прекрасная статуя... Отрицательные чувства как-то странно, но несомненно прекрасно преображали его. Он становился взрослым и неотразимым, прекрасным, хотя в жизни и не блистал внеземной красотой. Такой Гарри внушал страх и восторг, перед ним хотелось преклоняться. Гермиона подняла руку, чтобы хоть немного дотронуться до сказочного видения... Но тут её окликнула Джинни:
- Ты идёшь? - спросила она, указывая на вход в палатку.