— Что происходит? — спросила Элизабет. Мельбурн поправил, съехавший набок, берет, придающий ему немного щегольской вид, и широко улыбнулся.
— Вы жаловались на скуку, миледи. Я намерен развлечь вас. Вы отправитесь со мной и моими подданными на охоту. Насколько я помню, вы отлично держитесь в седле. Поторопитесь, Мэри поможет вам одеться и проводит к конюшням, где я буду ожидать вас, — его голос не выражал никаких эмоций. Но Элизабет была слишком счастлива, чтобы задумываться над мотивами графа. Ее лицо осветила широкая улыбка, которая зажгла ее глаза. Мельбурн отвел взгляд, чтобы она не заметила мелькнувшей в нем печали.
— Да, и вот еще, — он протянул ей широкую шляпку с перьями и завязками под цвет теплой накидки.
— Это от меня лично. Я сам выбрал ее для вас.
— Спасибо, милорд, — не скрывая восторга, девушка взяла любезно протянутый ей подарок обеими руками. — Она прекрасна.
Мельбурн рассеяно кивнул, и поспешно вышел из покоев.
— Мэри! — Элизабет кинулась к подруге и обняла ее.
— Я, наконец-то, увижу небо, и солнце, почувствую ветер на своем лице.
— На улице пасмурно, миледи. И сыро. Снег растаял, всю ночь шел дождь, — сухо сообщила Мэри.
— Садитесь, я причешу вас.
— Что такое? Почему ты так холодна со мной? — Элизабет взглянула в глаза девушки, и взяла ее за руки.
— Обычно граф такими щедрыми подарками расплачивается за определенные услуги, миледи.
— Как ты могла подумать обо мне такое! — рассерженно воскликнула Лиз, прикусив от досады губу.
— Что бы не говорили другие, но ты, ты Мэри, ты знаешь меня.
— Вы забываете, что его я тоже знаю.
— Не хочу слушать твои упреки. Сегодня чудесный день. Прошу не омрачай моей радости, тем более, что все подозрения беспочвенны. Я не уступила графу.
Мэри недоверчиво подняла глаза на подругу. Ничего в ее полном искренней обиды и смятения лице не вызвало сомнений в правдивости сказанных слов. Девушка мягко и виновато улыбнулась.
— Прости меня, Лиз, — сказала она. — Не будем больше терять времени.
Короткая ссора была забыта, и девушки занялись внешним видом Элизабет, которая была в полном восторге от костюма, который преподнес ей граф. Когда она жила в доме отца, у нее был огромный гардероб, но подобное одеяние девушка видела впервые. Костюм для верховой езды или, как его называли при дворе — амазонка, состоял из пышных брюк, которые надевались под юбку с разрезами. Она слышала, что подлобные костюмы появились во Франции несколько лет назад, но ни разу не видела воочию настоящую амазонку. Прежде на конную прогулку Элизабет предпочитала надевать узкие мужские бриджи, теплые чулки и высокие сапоги, чем вызвала резкое неодобрение отца.
— Где мог достать Мельбурн такую прелесть? — разглядывая себя со всех сторон, и не скрывая удовольствия, поинтересовалась Элизабет. Ей впервые захотелось увидеть зеркало. Но она все еще боялось того, что может увидеть в нем. Граф не раз называл ее прекрасной, но Лиз не верила, что после всех потрясений ее красоте не был принесен заметный ущерб. Девушка вовсе не была настолько тщеславна, но Лиз воспитали с мыслью, что ее внешность не уступает по красоте и изяществу известной признанной красавице белой розе Англии, Мари Тюдор, младшей сестре короля, которой ныне не было в живых, но легенды о ее ослепительной внешности до сих пор ходили в народе. Мария Тюдор блистала при дворе совсем недолго и была королевой Франции лишь три месяца, а овдовев вышла замуж за герцога Саффолка, чем вызвала гнев своего венценосного брата, и он выслал сестру и друга в деревню. Позже Его Величество Генрих даровал свое прощение ослушавшейся его влюбленной паре, но Мария ко двору не вернулась, и спустя несколько лет тихо умерла в безвестности, в то время, как ее супруг, блистательный герцог Саффолк, развлекал придворных дам. Когда-то Элизабет мечтала покорить лондонский свет своей красотой, но этой мечте не суждено было сбыться.
— Лиз, что случилось? — спросила Мэри, завязывая под подбородком Элизабет Невилл ленты от шляпы.
— Ничего, Мэри. Просто я вспомнила свой дом, отца и мачеху, братьев, и то, как я была счастлива с ними.