Все при дворе и в народе пришли в смятение.
Заговорщики каждой партии начали точить ножи под удобный случай.
Глава 47: «В мире* поднялась метель»
*Используется слово 世道 (shìdào – «путь мира»), обозначающее политический режим, нравы общества.
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: в главе присутствуют упоминания сексуальных связей с несовершеннолетними (без детального описания).
Хэлянь Ци в последнее время был недоволен. Он постоянно был недоволен с тех самых пор, как этот вредитель, князь Наньнина Цзин Бэйюань, вернулся из Лянгуана.
Особенно он был недоволен всякий раз, когда нечаянно сталкивался с Цзин Ци при дворе: то, как тот смотрел на него с фальшивой улыбкой и почтительно одаривал пожеланиями, болезненно сжимало его грудь.
Он не задумывался об этом раньше, но, с подачи даоса Ли оглянувшись назад, вспомнил, что множество закулисных событий будто бы на самом были проделками этого юного князя.
Когда-то он считал, что этот человек выглядит неплохо, и его распутное сердце даже немного встрепенулось. Видя его сейчас, он чувствовал, что в глубине этих сияющих улыбкой персиковых глаз пряталась тьма. Их пристальный взгляд, прикованный к нему, всегда вызывал чувство тревоги.
Он подослал к наследному принцу Су Цинлуань, но это не принесло своих плодов – похоже, младший брат спрятал эту женщину, и вытащить ее оказалось непосильной задачей. Кроме того, наследный принц весьма неохотно общался с ней: лишь изредка равнодушно разговаривал, пил вино и слушал ее пение. Действительно важные вещи в присутствии певицы не обсуждались.
Если Хэлянь Чжао сосредоточил свои силы на юге и держал под контролем Лянгуан, то Хэлянь Ци управлял северо-западом. Чжао Чжэньшу из Бэйтуна был проницательным и льстивым человеком, непохожим на Ляо Чжэндуна, чей успех вызывал зависть. Он еще ни разу не забыл почтительно преподнести своему начальнику ежегодные дары и хладнокровно подкупал всех в верхах и низах.
Все эти годы Цзян Чжэн и его шайка престарелых чиновников неотрывно следили за северо-западом, но Чжао Чжэньшу был настоящим талантом, и вывести его на чистую воду они так и не смогли. Когда старший принц из ниоткуда достал этого демонического танцующего кота, у Хэлянь Ци появилась идея. Северо-запад считался пограничной зоной: его ландшафт сильно отличался от столичного, потому там водилось множество необычных существ, которых Хэлянь Ци приказал Чжао Чжэньшу переправить контрабандой.
Они позволили ему втереться в милость Хэлянь Пэя, и тогда появился удобный случай, чтобы очернить Цзин Бэйюаня.
Кроме того, даос Ли и Хэлянь Ци обсуждали, что наследный принц был довольно непримечательным, и их главным врагом все еще оставался Хэлянь Чжао. Однако спустя столько лет принц вырос, а его крылья словно расправились еще шире. Лу Шэнь был молод, но уже вступил в Военный совет. Тем же летом Хэ Юньсин, младший сын хоу Цзинцзе, тоже был выдвинут Хэлянь Чжао для работы в Военном министерстве.
Хэлянь Чжао будто спелся с наследным принцем, и Хэлянь Ци, окруженный врагами со всех сторон, постоянно чувствовал давление. Его собственная власть над частью территорий постепенно исчезала. Тем не менее, даос Ли утверждал, что эти люди лишь выглядели влиятельными, но на деле их союз ничем не отличался от бессмысленного союза Шу и У [1]. Тем человеком, кого действительно нужно было убрать, был князь Наньнина Цзин Бэйюань.
[1] Шу, У – государства, существовавшие в период, длившийся с 220 по 280 годы и известный как «Троецарствие» – борьба и противостояние трех государств – Вэй, У и Шу.
Даже старшего принца тот смог сжать в ладони. Некоторое время было неясно, что делать с Бэйюанем, ведь за столько лет никто не заметил в нем ни малейшей слабости. Очевидно, он хранил свои тайны очень глубоко.
– Он невероятно ловок, а его умение плести интриги ужасает, – как-то шепнул даос Ли. – Тем не менее, у него тоже есть слабости. Вашему Высочеству нужно лишь сказать несколько слов в присутствии императора.
– Что за слова? – спросил Хэлянь Ци.
Даос Ли жестом показал ему наклониться ближе и на ухо сказал:
– Скажите вот что: «Братья, мы все возмужали. Даже малыш Бэйюань, что в свое время неотступно следовал за наследным принцем, называя его старшим братом каждый раз, как открывал рот, научился действовать самостоятельно. Он разрешил такой сложный конфликт в Лянгуане, и никаких возражений ни от гражданских, ни от военных чинов не последовало». Император вскоре поймет, что происходит.