Выбрать главу

Кровь и пламя сформировали железную колыбель. Кровь и плоть очистили загрязненные ароматами косметики воды реки Ванъюэ.

Всадник на лошади впереди вдруг издал дикий рев, в сумерках его доспехи блеснули серебром. Лунный свет коснулся его и тут же беззвучно исчез.

Не смейся, коль в поле, как пьяные, мы упадем.

Ведь издревле скольких обратно война возвращает? [1]

[1] Одно из стихотворений о Лянчжоу за авторством Ван Ханя в переводе Александры Родсет.

Хэлянь Чжао убивал всех, кого видел. Южный варвар, свирепый, словно тигр, лишился головы от взмаха его меча. Солдат Великой Цин, безрассудно бросившийся в бегство, встретил безжалостный удар тяжелой сабли, и все содержимое его головы тут же разлетелось по округе.

В одно мгновение от первоначально сияющих доспехов не осталось и следа. И боевой конь, и сам Хэлянь Чжао были перепачканы в крови. Однако выражение его лица осталось все таким же холодным и суровым. Рыжий конь пронесся мимо, всадник повернул голову, и Хэ Юньсин узнал в нем Цуй Иншу.

– Ваше Высочество, правый фланг не выдерживает! – тяжело выдохнул тот.

– Отправьте лучников на самую вершину, – взглянул на него Хэлянь Чжао. – Когда закончатся стрелы, бросайте камни. Когда закончатся камни, бросайте трупы. Даже если вам придется раздавить их трупами, варвары должны быть раздавлены насмерть.

Он повернул голову, уставившись на Цуй Иншу взглядом свирепой змеи, и четко сказал:

– Генерал Цуй, сейчас не те времена, когда главнокомандующий Фэн нанес поражение Наньцзяну, понятно?

Цуй Иншу растерянно замер, словно Хэлянь Чжао был гостем из подземного мира, и услышал только, как тот холодно усмехнулся:

– Тогда его смерть была спланирована. Сегодня ради него мы не должны щадить свою жизнь.

Эти слова были наполнены массой непонятных намеков.

– Ваше Высочество, – невольно перебил его Хэ Юньсин.

– Мы можем продержаться, – спокойно произнес Хэлянь Чжао, даже не взглянув на него. – Моральный дух войска поддерживает понимание того, что здесь собраны сотни тысяч отборных солдат империи и что ошибки невозможны ни при каких обстоятельствах. Если сейчас все их надежды рухнут, что тогда останется?

Лицо Цуй Иншу помрачнело.

– Верно, этот ничтожный генерал понял.

Хэлянь Чжао улыбнулся, с силой хлестнул своего коня кнутом и помчался вперед.

Пока все предавались панике, он один сражался в первых рядах. Все его движения словно обладали некой поразительной силой. Одного взгляда на него хватало, чтобы людские сердца успокоились и последовали за ним навстречу острым клыкам племени Вагэла. Посреди хаотичной толпы будто бы прорвало дыру, куда водоворотом стягивало все больше и больше людей.

Варвары давно загрязняют срединные равнины и сеют смуту в народе. Так возглавь же отважных мужей, чтобы враз избавиться от заразы! На этой земле предавший родину будет казнен! [2]

[2] Цитата из «Доподлинных хроник династии Мин» (другой вариант названия: «Правдивые записи о правлении династии Мин»).

Он не щадил человеческие жизни ради собственного обогащения, вступал в сговор с продажными чиновниками, притеснял простой народ, устранял неугодных, не задумываясь о последствиях, преследовал честных и порядочных граждан, даже не забыл перед отъездом посеять семя вражды между наследными принцем и князем Наньнина… Хэ Юньсин сердито вытер пот с лица и с яростным криком последовал за Хэлянь Чжао.

В одно мгновение взявшаяся из ниоткуда стрела пронзила голову коня Хэлянь Чжао. Он тотчас протяжно заржал, едва не сбросив человека с себя, прошел еще два шага и с грохотом завалился на землю. Хэлянь Чжао спрыгнул с него, но вдруг прилетела еще одна стрела. Он не успел увернуться и чуть было не попал в ловушку, но, к счастью, стремительно подоспевший Хэ Юньсин ловко разрубил стрелу на части.

Когда Хэлянь Чжао выпал с седла, кто-то громко закричал:

– Никчемный главнокомандующий Великой Цин мертв! Главнокомандующий Великой Цин мертв!

Хэлянь Чжао выругался, оттолкнул лошадь и встал.

– Мертв я, мать твою.

Хэ Юньсин задумался на мгновение и понял, зачем тот показательно подставил себя под удар. Перепугавшись едва ли не до холодного пота, он тоже резко спрыгнул с лошади и крепко схватил его: