— Ну, как сказать. Стой, подожди… — Скинув обувь, он живо сбегал в комнату и вернулся к Бен с майкой и спортивными штанами. — Я клянусь тебе, я их ни разу не надевал, а ты, ну… вся промокшая… а мы с Максом где-то недели две назад ходили мне, ну, да…
Он протянул одежду девушке, слегка отвернув голову от смущения. Лицо совсем слегка покраснело.
— Да я верю. — Бен взяла ее. Сама чувствует не то, чтобы смущение. Скорее дискомфорт. — А где ванная?
Миша махнул рукой, где она находиться. Там Бен закрыла дверь на замок и начала переодеваться. Руки слегка дрожат. Как же все тупо! Тупо все! Кажется, что надо было остаться там, под дождем. Ей это не впервой. Когда они с Билом путешествовали, то никогда не смотрели прогноз погоды. Каждое путешествие – лотерея. Поэтому пару раз они промокали до ниточки. Так почему сейчас Бен не осталась там? Какой стыд…
В желтой футболке можно утонуть, но ее девушка завязала в узел в районе живота. Штаны готовы в любой момент спасть, но от этого их оберегает надежно завязанный шнурок. Свои же мокрые шорты и белую рубашку Бен аккуратно сложила на стиральной машине. Напоследок, она умылась и посмотрела в зеркало. Ничего, кроме напоминания о том, что она — монстр. Кажется, что теперь полегче осознавать это, но на душе все еще тяжело и больно. Даже очень.
Больше всего жалко рюкзак. Все это время он спокойно лежал на полу в ванной комнате. За это время под ним образовалась небольшая лужица. Спохватившись, Бен судорожно открыла его. Конечно, блокнот промок. Страницы стали волнами, на которых гордо рассекают поплывшие чернильные пятна. Записи не вернуть. Но невелика потеря. Так утешала себя девушка. Там не было серьезной и важной информации, поэтому блокнот можно со спокойной душой отправить в мусорное ведро.
Миша сидел в гостинной. Комната оказалась небольшой и светлой, наполненной теплым светом от лампочки, а главное – чистой. После захламленной обстановки у Алана это – буквально глоток свежего воздуха. Складывалось ощущение, что здесь нельзя найти ни пылинки. Диван застелен белым пледом с коротким ворсом. Напротив него – длинная тумбочка, а на ней стоит диффузор. Видимо, именно из-за него в комнате улавливался легкий и приятный запах лаванды. На стене висит телевизор, на котором включен какой-то русский фильм на минимальной громкости.
— Ты эстет?
Миша пожал плечами. Он тоже успел переодеться в домашнее.
— Не задумывался… вообще, мне так просто привычнее, вот. Моя мама точно такой была. Любила такую обстановку. Жил всегда так.
Бен кивнула и аккуратно присела на край дивана, словно боясь помять или испачкать покрывало.
— Так ты сам купил квартиру?
— Ну… — Ты же знаешь, что за, ну… эксперименты над нами платили? Много. Вот, за эти деньги и купили мне квартиру.
— Ого… а мы всей семьей переехали в частный дом.
Парень лишь кивнул. И снова эта тяжелая неловкая пауза. Что Миша, что Бен прожигают пол глазами, а их мысли заняты всем, чем только можно. Словно по телевизору, каналы стремительно сменяли один одного в поисках темы для разговора. Но одно было схоже: у обоих крутилось осознание того, какая же это странная и некомфортная ситуация. Они толком не знакомы друг с другом, лишь встречались три раза, один из которых был во сне. Что говорить? Что делать?
— Ты не голодна? — Миша первым прервал эту невыносимую тишину. Не знал, что можно предложить получше. — Я это… яйцо могу пожарить. Вкусно.
— Я не против, — ответила Бен. Хотя голод давал о себе знать лишь слегка, она решила не отказываться от предложения.
— Тогда идем.
Они вместе прошли на кухню. Такую же небольшую и светлую, как и гостинная. Маленький обеденный столик был накрыт небесно-голубой скатертью, на нем стояла веточка хлопка; на холодильнике навешаны различные магнитики с персонажами из фильмов и сериалов.
Из него Миша достал два яйца и помидор. Бен же присела за стол.
— Слушай, я же тебя напрягаю, да? — тихо спросила девушка. Руки она сложила в замочек, большим пальцем успокаивающе гладит второй.
— Честно? Нет. Просто непривычно… — Миша начал нарезать помидор на небольшие кубики.
— Я надеюсь ты не врешь. Мне тоже очень непривычно. Это… ну… наша первая полноценная встреча.
— Знаешь, если бы на моем месте был Макс, то говорил бы не останавливаясь. Шутил и, ну, подкалывал бы. Короче, доставал еще больше, как бы, дискомфорта.