— Но я не…
— Тиши ты, пока мы с этим караваном, ты рыцарь и веди себя соответственно.
Карл ехал во второй из пяти повозок. Как почётного гостя и как думали караванщики хорошего бойца, его с радостью приняли и даже посадили в повозку, что бы беречь его силы на случай если на караван нападут. А нападение, на этих дорогах, по словам караванщиков и по словам Риши, могло произойти в любой момент.
«Например, вон в той роще, что видны в паре сотен метров впереди, отличное место для засады», — подумал Карл.
…
Они с Ришей ждали караван около обочины дороги ещё трое суток, с тех пор как ушли с поляны, где был их первый привал. Девушка уверяла что в данных землях путешествовать вдвоём по торговым путям крайне опасно, а по лесам без специальных знаний и артефактов просто невозможно. И смотря на данный небольшой, по словам спутницы караван, становилось ясно на сколько всё плохо.
На пять небольших телег, приходилось с десяток караванщиков и около тридцати воинов которые были постоянно напряжены и постоянно, внимательно смотрели по сторонам. Одеты войны были по-разному, но у всех были одноручные щиты и синяя повязка на левой руке.
К тому же между караванщиками ходили разные разговоры, байки и слухи, которые явно не несли в себе ничего хорошего. Довольно часто звучала фраза, — "..это мой последний поход на север...".
— Уважаемый рыцарь, — Обратился к Карлу упитанный мужчина, отвлекая его от мыслей.
С телегой Карла поравнялись два наездников на лошадях. Один в легком дорогом доспехе, это был владелец каравана по имени Ильва, вторым был неразговорчивый начальник наёмной охраны, сухой мужичок лет пятидесяти с тремя шрамами через всё лицо. Он постоянно смотрел на Карла своим единственным глазом, но кроме простого приветствия в начале встречи, так больше ничего и не сказал, даже своего имени.
— Тот что со шрамами тебе явно не доверяет, прошептала еле слышно прямо на ухо Риша.
О её нахождении рядом знал только Карл, пара сразу решила, что так будет меньше вопросов. Риша продолжала шептать, подсказывая Карлу как правильно общаться, чтобы не выдать в себе простолюдина.
— Уважаемые судари, я от лица ордена выражаю вам благодарность в содействии. — Повторял Карл слова своей помощницы.
— Мы всегда рады помочь рыцарю святого ордена, как и каждый в этой стране. — Слащаво заулыбался Ильва.
— Могу я поинтересоваться, как часто сейчас ходят по этому пути караваны?
— Конечно уважаемый. На данный момент весь север в упадке, закрылись многие шахты, народ начинает жить хуже, стало больше бандитов которые во всём винят власть. — Запнулся он и добавил, — Я разумеется думаю что власть при святом Патрике очень хорошая и справедливая.
— Вы не ответили на вопрос...
— Редко уважаемый, сейчас редко ходят караваны, может быть один в месяц. Надо много охраны и много везения что бы пройти через эти земли.
— А почему вы тогда пошли?
— Где большие риски, там и большая прибыль, за меха что были приобретены в северных поселениях, я смогу окупить все расходы на данный рейд и прожить пару лет безбедной жизни. — Ильва явно хвастаясь своей смелостью и умом.
«Значит север в упадке и народ уже идет в бандиты, грабить караваны». — Обдумывал услышанное Карл.
Ильва же разошёлся на своей любимой теперь теме, посвящённое его храброй идеи с походом на опасный север.
— Когда я продам весь мех и драгоценн.. драг.. дра. драаа.... — Стрела которая застряла в его шеи заставила его лишь непонимающе булькать кровью, пока он падал со своей лошади.
Еще пара стрел ударило в начальника стражи, но от него стрелы просто отлетели, при этом одна чуть не задела самого Карла, заставив его упасть за спасительный борт телеги, об который уже бились новые стрелы и болты. Схватился за медальон и после небольшого удара током, тело стало наполняться силой.
— АААА! — Короткий вскрик рядом и из марева выпала девушка с торчащей из руки стрелой.
Снаружи уже раздавались громкие и чёткие команды командира стражи.
— За телеги идиоты! Поднять щиты! Достать арбалеты и мушкеты! Не рисковать! У них скоро закончатся стрелы!
…
— Риша! Риша, ты как!? — Обматывая руку выше раны веревкой, с края телеги спрашивал Карл. Ему было страшно потерять единственного человека который его сейчас направляет в новом мире.
— Жить буду, но тебе сейчас надо думать о себе и быть рядом с войнами, иначе, когда они отобьются нам будет сложно объяснить почему ты не дрался, и кто вообще я такая.
— Я не могу тебя бросить тут.
— Выдача себя за рыцаря святого ордена, это преступление и наказание всегда одно - смерть. — Она сделала серьёзное лицо, — Иди, пока идет бой никому не будет до меня дела.