Филип и Эдвард переехали из своего захолустья в Фейден несколько лет назад. Фил быстро влился в крупную компанию, встретил и женился на красотке Эмме и уже планировал о покупке своего дома, заместо съёмного жилья что делил с младшим братом. Эду не так сильно повезло и что бы не висеть балластом на шее у старшего брата, приходилось работать на нескольких, каторжных работах. Даже сейчас он шел в своём испачканной рабочем комбинезоне.
...
Через сутки Эмме стало ещё хуже и идти сама она уже не могла. Какое-то время братья несли девушку на себе, но той становилось всё реже и хуже, пока удача не повернулась к ним лицом.
— Я узнал, у него есть лекарство! — Эмоционально рассказывал Фил, размахивая руками, указывая на несколько палаток с внушительной охраной.
— Фил, я сильно сомневаюсь, что у них есть действующее лекарство...— пытался вразумить брата, от безумно дорогой покупки Эд.
— Дорогой, мне уже лучше, я немного посплю и смогу идти сама, не переживай, просто побудь со мной, — Эмма нежна взяла ладонь мужа и прислонилась к ней лицом.
Фил наклонился к сидящей на земле девушке и нежно поцеловал её в лоб, после чего посмотрел на брата.
— Нам нужно это лекарство, любой ценой. ...
За маленький лечебный бутылёк с мутной жидкостью и простенькие носилки, пришлось отдать в прямом смысле всё. Жадный коротышка торговец, как только понял безвыходность ситуации братьев, назвал просто космический ценник. Даже новенький костюм Фила пришлось отдать, получив в замен какие-то старые тряпки с бурыми пятнами. Посмотрев на грязный рабочий комбинезон Эда, торгаш лишь брезгливо отвернулся.
Но сейчас, всё это даже было на руку троице, без пожиток, с носилками их темп движения сильно ускорился.
...
— Смотри что делают сволочи, надо помочь, — замедлил шаг Эд, идущий впереди.
— Не лезь, не наше это дело, — сквозь зубы, процедил на младшего брата Фил.
Троица проходила мимо группы городских полицейских, в отличительной для них тёмно-синей форме. Но люди которые своим видом должны внушать спокойствие и наводить порядок, сейчас грабили двух стариков, без стыда выворачивая их чемоданы. Старик пытался помешать грабежу и вступиться за пожилую супругу, но одному из полицейских, которого Эд про себя сразу назвал "тощий", это не понравилось и на забаву своей компании он начал жестоко избивать старика.
Когда тощий зло улыбнулся и потянулся к ножу за поясом, Эд захотел вмешаться и даже на секунду полностью остановился, но сразу встретился взглядом со стоящим около дороги, широкоплечим смотровым с длинной рыжей бородой и спешно опустил взгляд, виня себя за трусость и ускоряя шаг. Сзади носился подталкивал Фил, что-то недовольно бурча про безрассудство и ненужное геройство.
...
— Тиши, она заснула, — ласково гладил Фил свою жену по волосам.
Троица сидела у костра в стороне от дороги.
— Не вини себя, ты не чем не мог помочь тем старикам, — видя душевные терзания брата, продолжил Фил.
— Разве? — Так же тихо ответил Эд.
— Это была городская полиция, мб старики были преступниками? Или ещё что-то. Обещаю, как придём в лагерь и Эмма получит лечение, так сразу сходим и напишем на них жалобу.
— Думаешь тем старикам ещё нужна эта жалоба?
— Ну не убили же они их. Наверняка обыскали и отпустили.
— Я видел, как один из них тянулся за ножом.
— Это ещё ничего не значит и вообще, давай спать, завтра идти весь день.
— Ладно.
...
Утром братья не смогли привести девушку в сознание, прерывистое редкое дыхание, сильно покрасневшие глаза которое было видно даже через веки, и мертвецки бледная, слишком бледная кожа, даже для Эммы, сильно пугали Фила.
— Эта тварь продала нам пустышку! — Зло проговаривал он, стараясь привести любимую в сознание и дать ей попить из своей фляги.
— Успокойся, хватай свой край носилок, нам немного осталось идти, в лагере ей помогут, у них должно быть лекарство.
Старший только кивнул и взялся руками за носилки.
...
К стене лагеря вышли значительно раньше ожидаемого, и братья тяжело дыша старались восстановить дыхание, стоя перед самыми воротами.
— Наша очередь, идём, — потянул Эд, брата.
...
Окно маленькой будки регистрации захлопнулось прямо перед лицом орущего Фила.
— Твари! Дайте лекарство, у меня жена умирает! Убийцы! ДА ПОМОГИТЕ ЖЕ!