Руэри помнил, что он родился в весьма влиятельном роду. Но каком? Почему-то на это дырявая память уже не давала никакого ответа. Отдельные куски детских воспоминаний вроде вкуснейшего яблока, улыбающегося лица какого-то ребенка напротив, или предвкушение от пакости — удачно налитой воды кому-то в обувь совсем не добавляли ясности… Более-менее взрослые воспоминания — такая же ситуация. Сохранились лишь отдельные, самые яркие и наполненные эмоциями кусочки.
…Пот стекает по спине, а тело потрушивается мелкой дрожью, но продолжает выполнять упражнения на старом деревянном полу.
…Сабля в руке врезается в чье-то тело…
…Россыпь пилюль на столе, и почему-то яркая досада.
…Огромный, древний стеллаж заполненный свитками и собственный восторг.
…Глубокое удовлетворение от вида, как свиток с заглавием «Техника Небесного Пожирания» принимает с низким поклоном древний старик.
…Восторг от достижения шестого ранга.
…Закат, ощущение жгучих слез, текущих по щекам.
…Ощущение ужаса, когда ни одна часть тела не может пошевелится.
…Смазанные картинки множества сражений, в которых, похоже, он участвовал уже как марионетка.
Как не напрягался Руэри, но общая картина оставалась все такой же туманной. Он явно вырос в богатом роду в мире Культиваторов. Чем-то занимался. Что точно — это то, что он лично изобрел, или усовершенствовал технику «Небесного пожирания», привязав ее по крови. После чего передал ее в дар роду. Достиг минимум шестого ранга, хотя на момент побега из секты Лазурного Неба был на седьмом ранге. То ли опять отсутствуют нужные воспоминания, то ли «хозяин» был достаточно добр, чтобы отдать приказ своей марионетке продолжать культивировать. Потом что-то произошло — и он окончательно очнулся только со смертью собственного контролера. Повезло еще, что основные знания о культивации сохранились — без них было бы совсем паршиво начинать с нуля. Из техник он помнил всего несколько, на разные ранги, хотя возможностей явно хватало выучить очень много.
— Мне отчаянно не хватает ресурсов! И стать сильнее, и чтобы иметь возможность хоть как-то восстановить память. Для всего этого нужно стать сильнее! — едва слышно пробормотал Руэри, оглядываясь. И верно. К этому моменту он пришел в нужное место.
Отделение инквизиторов располагалось на Холмах. Но при этом резко контрастировало с окружающими роскошными зданиями и обстановкой. Высокая башня из серого, грубо обработанного камня, толстая деревянная дверь, обшитая железом, и знак инквизиторов — щит, и копье, лежащее поперек него. Все это вызывало ощущение суровости, лаконичности.
Дверь слегка скрипнула, впуская Руэри внутрь. Юноша вошел, и огляделся. Внутри было примерно так же строго как и снаружи — голые стены, старые деревянные полы, широкий стол с несколькими огромными шкафами рядом и лестница позади всего этого — явно только для своих. И, конечно, инквизитор, сидящий на приеме — пожилая женщина с морщинистым, но очень выразительным лицом. Сложная прическа, тонкая кружевная повязка на шее, руки украшены кольцами и перстнями с разнообразной гравировкой. Строгость, порядок — вот какие эмоции появлялись, глядя на нее.
— По какому делу? — явно привычно спросила она, небрежно пропустив приветствие.
— Хочу вступить к вам, — не стал скрывать своей цели Руэри.
— Документы?
Получив в руки свежую бумагу, выписанную старостой деревеньки, она иронично приподняла одну бровь. Но вслух даже не заикнулась об этом:
— Руэри Лаунган. Так-так… Культиватор?
— Да.
— Так. Понятно. Есть ли полезный в нашей работе дар? Может быть, чуешь ложь? Видишь сквозь предметы? Можешь найти яды взглядом? Хоть что-нибудь в подобном духе?
Руэри отрицательно покачал головой, не рискнув вслух сказать «нет». Был немалый шанс, что женщина перед ним как раз обладала подобным даром чуять ложь. Оставалось надеяться, что на жесты этот дар не работает…