— Эй! Хозяйка! Сможешь разделать для меня черепаху? Мне нужны все ее кости и панцирь. Остальное — выкинуть.
Солидных габаритов женщина, ловко работавшая тяжелым тесаком, усмехнулась:
— Мне некогда.
Вслед за этом послышался дробный перестук — это тесак распластал очередной кусок мяса, и мелко нарубил его…
— А если так?
На прилавок упали пять серебряных монет.
— О! Конечно, юный господин! Кладите ее сюда! — абсолютно не дрогнув в лице, изменила свое мнение на противополжное женщина.
Увидев существо, а главное — ощутив запах от него, она поморщилась… но отдавать деньги и отказываться не спешила.
Хрустнув, панцирь черепахи разделился надвое под тяжелым лезвием. А дальше женщина буквально за несколько минут мастерски отделила практически всю плоть от костей, и скинула последние в изрядно полегчавший мешок.
Поблагодарив ее, Руэри прошел несколько метров в сторону, и легко спрыгнул вниз, на берег очередного канала. И тут же поймал свободную лодку, курсировавшую по нему.
— Мне нужно место, где находится много кузниц. Знаешь такое?
— Нет проблем! — довольно отозвался низкорослый крепыш с мощными руками — владелец лодки, и навалился на короткие весла. Учитывая узость каналов, он зачастую даже не греб, а отталкивался от каменных стен, а порой и совершенно по-хулигански, от других лодок, замедляя их. Впрочем, остальные лодочники вели себя похоже, так что езда по каналу оказалась забавным развлечением.
Выбравшись наверх, Руэри вдохнул окружающий воздух. Он совершенно точно попал по адресу! Дробный перестук молотов, басовитый гул горнов — все это легко можно было уловить чутким слухом. Многочисленные столбы дыма поднимались вверх. Но даже будучи совершенно глухим и слепым, можно понять, что вокруг хватает кузниц. Густой запах древесного угля, тонкий аромат раскаленного металла — это то, что услышав хотя бы раз, уже не спутать ни с чем.
Повертев головой, юноша направился к ближайшей работавшей кузне. Потом к другой, третьей… Лишь на четвертой ему улыбнулась удача. Чумазый, явно крайне вымотанный недавно завершенной работой кузнец спрятал золотой фельд в карман, и широким жестом обвел свою мастерскую:
— Работай, парень! Но помогать я тебе не буду, учти!
Сам он уселся в «стратегическом месте» — высоком стуле, прислоненном к стене. С него можно было увидеть каждый угол небольшой кузни. Кузнец расслабил ноющие ноги, вытащил небольшую трубку, и с наслаждением прикурил ее, окутавшись дымом.
Руэри усмехнулся, но ничего не ответил. Ему не нужна была помощь!
Он вытащил верхнюю, чашеобразную часть панциря черепахи, и сложил в нее все остальные кости. А потом засунул прямо в печь. От огромного жара остатки плоти обуглились и сгорели почти мгновенно. А дальше начали пропекаться сами кости. Со временем панцирь частично прогорел, и сквозь него начал просвечиваться красный цвет. Юноша ткнул в край панциря — и он легко отломился, словно нежное печенье. После этого Руэри аккуратно, стараясь не допустить, чтобы он совсем развалился, вытащил прожаренные кости. Закинув их в большую ступку, он размолол их в костяную пыль. После чего засыпал эту пыль в узкую емкость с маслом, и тщательно размешал палкой.
А сбоку, удобно устроившись на стуле, за этим наблюдал кузнец, ехидно ухмыляясь и попыхкивая трубкой.
Руэри вытащил свою саблю, снял деревянные накладки с рукояти, и без колебаний засунул ее в горн. После чего принялся качать меха, подавая внутрь конструкции воздух. Пламя взревело, и оружие начало быстро разогреваться. Когда металл ощутимо нагрелся, но еще не раскалился докрасна, юноша вытащил его, и под презрительным взглядом кузнеца засунул в масло.
— Ну и что? Что ты этим добился⁈ — не выдержал мужчина. — Ты даже не прокалил железо как следует! Его же теперь только… Ай! Кому я рассказываю…
Продолжая бурчать себе под нос, он затих. Своего помощника за такую работу он бы просто выгнал. Ученика бы порол… а так… Кузнец машинально пощупал золотую монету в кармане, и вздохнул.