А «падающая звезда» продолжала лететь вниз, к поверхности, увеличиваясь в размерах. Ещё спустя несколько мгновений рядом с этим объектом появились ещё два, чуть меньше, но всё также нагоняющие волнение.
— Похоже, у нас крупные неприятности, — тихо проговорила Седна, не отрывая взгляда от неба и отходя на пару шагов назад.
— Что-то не так? — поинтересовалась Лилиан.
Вскоре стало ясно, что идёт «не так». Неопознанные объекты на небе оказались ничем иным, как тремя огромными космическими кораблями неизвестного класса и конструкции. По пустыне разлился жуткий гул приближающихся громадин, а самая большая из них, длиной не меньше футбольного стадиона, сопровождаемая двумя немногим меньшими кораблями, зависла в воздухе на высоте нескольких километров.
— Кто это?! — испуганно крикнула Лейла, держась за руку «матери». — Что это?!
— Точно сказать не могу, — покачала головой Седна. — Но могу предположить, что это шаркетты.
— Люди-акулы?! Господи… нам конец! Ведь они никогда не покидают планет на своих судах, кроме как во время военного времени! Боже! Боже!
— Прекрати истерику, чёрт тебя дери! Мы не в лучшем положении, но это ещё не полный абзац.
Корабли действительно напоминали акул. Огромные и серые, с плавниками-крыльями и раздвоенным хвостом-стабилизатором, они также имели и декоративную часть, по идее обязанную устрашать врага — нарисованной челюстью с огромными острыми зубами. У главной «акулы» из брюха ударили по земле десятки мощнейших прожекторов, явно что-то выискивая. Один из таких столпов света остановился на команде, стоящей рядом с «Рейдерами».
— А вот теперь полнейший абзац…
Здание заметно тряхнуло. Страшный гул всё не прекращался, и, возможно, именно благодаря ему Ник всё ещё оставался в целости и сохранности — безумный инквизитор в страхе сидел в углу, закрыв голову руками.
— Они прилетели, — всё повторял и повторял док. — Они прилетели… они прилетели…
— Да кто прилетел, мать твою?! — крикнул всё ещё связанный на стуле пилот. — Слушай, мне плевать, кто там прилетел. Просто развяжи меня и обещаю, ты получишь немалое вознаграждение.
— Они прилетели… они прилетели…
— Кто прилетел?!
— Они прилетели…
Неожиданно включились динамики громкоговорителей, подвешенных к потолку. Говорил командор, и, судя по голосу, он был встревожен, если не сказать хуже.
— Всем срочно покинуть объект! Они прилетели! Повторяю, всем начать немедленную эвакуацию, если не хотите почувствовать на себе действие «Акульего Молота!»
Инквизитор резко вскочил и, опрокинув на ходу операционный стол, выбежал прочь из помещения. Ещё некоторое время Ник слышал спешно удаляющиеся звуки шагов вперемешку с отчаянными криками о помощи, и когда они, наконец, полностью растворились в страшном шуме и гуле, пилот осознал, что остался один во всём подземелье. Один, обречённый на гибель.
А самым обидным было то, что у него даже не осталось возможности хотя бы попытаться спастись — верёвки, сковывающие Ника по рукам и ногам, не давали пошевелиться.
С потолка стала осыпаться штукатурка. Пилот опустил голову, собираясь с мыслями. Война научила его не мириться со своим поражением до самой смерти, и вот теперь, всего в дюйме от оной, он не чувствовал ничего, кроме разочарования: ведь он стал свидетелем уникального явления — ставшего разумным бортового компьютера. Нику хотелось бы сделать ещё многое. Разузнать всё о Шедоу, к примеру, или попытаться разобраться в своих чувствах к Седне…
— Тьфу, блин! — произнёс в пустоту Ник. — Какие, на хрен, чувства можно испытывать к роботу? Э-эй, ветеран трёх войн, ты сходишь с ума! Одумайся! Сдохни хотя бы трезво мыслящим человеком, с гордо поднятой головой!
И, подтверждая свои слова, пилот с чувством собственного достоинства и лёгким ощущением гордыни поднял голову вверх. Обильный кусок штукатурки, отвалившись от потолка, больно ударил Ника по носу, и тот, обидевшись на судьбу, вновь опустил взгляд в пол.
— Господь, ты тут? — усмехнувшись, спросил пилот. — Это я, твой слуга и вечный раб Ник Рэмми. Помнишь меня? Ты ещё выручал меня много раз во время сражений. Или это был не ты? Нет? А кто тогда?.. Что, серьёзно? Моё мастерство! Спасибо… это, конечно, лестно, но сейчас не надо ко мне подлизываться, ладно? Не люблю я такое, уж извиняй. Кстати, что за «они»? Кто прилетел-то? Почему стены трясутся, и уши закладывает от ужасного шума? Не знаешь? Как так? Ты же вездесущий. А-а-а, не хочешь говорить, хочешь устроить сюрприз? Блин, прости, что обламываю, но сюрприза я увидеть не успею — меня, похоже, завалит обломками. Не завалит? Почему? Потому что ты меня спасёшь? Серьёзно? Ну, тогда можешь начинать, а то мне не терпится вырваться на свободу.