Машина наконец въехала во двор. Первыми вышли молодые, двое из них открыли нам дверцы. Видимо, это входило в местный корпоративный этикет. Даня обошёл машину спереди и взял меня под локоть, затем внимательно посмотрел мне в глаза.
– Ты входишь в Дом Знания и Силы, Юный Магистр, – этот преход на «ты» явно был частью ритуала, – в Дом Знания, которое дремлет в тебе, в Дом Силы, спрятанной в тебе. Освободи своё сердце от лишних людей и вещей, тебя ждут Знание и Сила, они должны поселиться в твоём сердце.
– Даня, я устал. На хрена вы Колоднова привезли? Мне не нужны ни знание, ни сила, я – агностик, чёрт бы вас побрал, – я был жалок, я знал это, но что ещё делать, что говорить?!! – Вы же тоже агностики, так какого чёрта, а?! Какие ещё знания, какая сила?
Даня молчал и загадочно улыбался. Он мягко потянул меня к дому, но я вырвал локоть.
– Я не пойду.
Даня печально вздохнул.
– Оставьте Колоднова. Отвезите его обратно и положите, где лежал. Он же вас даже не видел, наверное. Да он вообще безвреден!.. Он даже человечины с вами не ел, просто притворялся!
– Нам надо идти, – пару раз губы у Дани дёрнулись, и я догадался, что он жалеет. Жалеет о том, что по каким-то непонятным мне причинам не может въебать мне по роже. Вместо этого действенного средства ему приходится изо всех сил сдерживаться и всеми лицевыми мышцами удерживать непробиваемое «покер-фэйс».
– Я никуда не пойду, пока вы не отвезёте его обратно, – во мне что-то полыхало, я понял: они ничего мне не сделают. В крайнем случае, вырубят, но убивать, запугивать, калечить не будут.
Даня засопел, посмотрел на землю под ногами, потом смерил меня взглядом. Потом перевёл его на машину. На багажник. Трое молодых внимательно следили за выражением его лица. Они безмолвно внимали нашим препирательствам и не вмешивались. Пока.
– Парни, выньте пассажира, – скомандовал наконец Даня. Негромко, но чётко. – Выньте и положите.
Троица бросилась выполнять приказание. Вскоре отсутствующий Колоднов продолжил свой сон на снегу.
– Скатерть, – велел Даня. Один из молодых рванулся в дом.
– Что вы творите, выродки?!! – я уже понял, что сейчас будет, но всё равно зачем-то спросил. На хрена я всё время задаю эти дурацкие вопросы вместо того, чтобы что-нибудь делать.
– Я собираюсь отпустить нашего пассажира, – Даня теперь говорил бесцветно и на меня не смотрел. – И тебя тоже отпустить. Я гляжу, пассажир тебя держит и не пускает. Цепкой хваткой… Непонятно только, почему, – он посмотрел на оставшихся двоих парней. – Идите-ка сюда, – команда прозвучала как приглашение на пикник. Когда они подошли, Даня быстро кивнул в мою сторону.
– Держите магистра, – слова прозвучали, когда меня уже держали; один подошёл сзади, заломил руки, а второй засунул мне в рот что-то вроде носового платка.
Из дома вышел третий, с брезентовым полотнищем. Тот, что заткнул мне рот платком, подошёл к нему, помог перетащить Колоднова на скатерть, потом они стали оборачивать и навёртывать её вокруг спящего тела узлом. Даня терпеливо ждал, когда они всё сделают как надо, потом снова посмотрел на меня.
– Глядите, магистр? – он улыбнулся мне хищно и презрительно. Словно старый, тот, что в первый день, Даня, высунулся из-за спины нового, сегодняшнего. – Держи его так, чтобы видел.
А если я зажмурюсь? Распялят мне глаза, как Макдауэллу в «Заводном апельсине»? Но я не стал жмуриться. С завёрнутыми руками я стоял и смотрел, как Даня достал из-за пазухи небольшой серпик, поднял колодновскую голову, а потом быстро провёл серпом по горлу, это всё было словно в чёрно-белом кино, таком очень быстром, где все бегают и суетятся, немом кино; Колоднов несколько раз конвульсивно вздрогнул, он же даже не пришёл в сознание, а может, наоборот, пришёл и прожил целую мучительную вечность; его тут же засунули в брезент, завязали и потащили в дом.
– Видишь, – сказал Даня. – Нет больше пассажира. – Он перехватил у молодого мою левую руку, и вдвоём они потянули меня к дому. В прихожей меня ловко переобули в домашние тапки и переобулись сами. Даня втащил меня в гостиную и усадил на диван, сел рядом, а молодого послал сообщить об удачном прибытии.
У меня в голове была пустота. Слова все куда-то словно разбежались и попрятались, только одна фраза тупо стучала в оба виска: так не должно быть так не должно быть так не должно быть
– Ты не волнуйся, не волнуйся, – Даня похлопал меня по локтю. – Рано или поздно надо увидеть. Сегодня, завтра… какая разница.