– Вы считаете, что «низ среднего класса» не может общаться с теми, кто у вас? – я устало глядел на это страшное лицо. Лицо адекватного человека. Лицо вежливого человека. Лицо человека, который мыслит логически. Вот только по каким-то причинам этот человек ест людей или считает, что их можно есть и осуществляет процесс их поедания клиентами. Вежливый адекватный логически мыслящий Макс добродушно улыбнулся.
– Знаете, иногда мне кажется, что экономическая иерархия гораздо жёстче, чем кастовая или сословная. До парий нельзя дотрагиваться и брать в руки их вещи, поэтому люди высших каст всегда начеку – боятся оскверниться. Они видят этих других людей, которые ниже их. А люди, которые находятся выше потому, что у них больше денег, власти и влияния, просто не видят тех, что снизу. Людей из низших классов для них просто не существует. Даже их горничные, водители, няни и уборщицы – это уже другие люди, которых они хоть чуть-чуть, но переносят в свою касту. Совершенно другая система восприятия людей.
Он меня забалтывает. Засирает мне мозги. Баки заколачивает.
– Макс, что со мной всё-таки будет?
Макс тяжело вздохнул и помолчал.
– Вы, главное, воспринимайте всё спокойно, – начал он. Повращал сигаретой в воздухе, подбирая слова. – Вы поймите… Отпустить вас прямо сейчас мы не можем…
– Почему, Макс? Я обещаю вам, что ничего никому не скажу. Никаких милиций, родителей, друзей. Просто ширните меня ещё раз или завяжите глаза платком. Можете вообще вывезти меня на другой конец Подмосковья, я там проснусь, и вы уедете, и всё, я про вас забуду.
Макс устало посмотрел на меня, как на надоедливого ребёнка, умоляющего купить очередную порцию жирной нездоровой пищи или сладостей и не желающего слушать про болезни зубов и избыточный вес.
– Выслушайте меня. Только выслушайте внимательно, пожалуйста. И не перебивайте. Во-первых, я ещё раз обещаю вам, что больше не будет никакого насилия. Даня уже всё осознал, он вообще больше не будет с вами общаться. Мы не будем вас есть, убивать, пытать, только общаться, ничего более. Мы даже не будем выкалывать вам глаза, – он выдержал паузу и, видимо, уловив какое-то изменение в моём лице (а я очень перессал в этот момент, меня как будто кто-то схватил за сердце холодной рукой и что-то резко кольнуло), улыбнулся уголками губ. – Да, был и такой вариант. Даня предложил. Ослепить вас, отрезать язык, пробить барабанные перепонки и перебить пальцы рук, а потом вывезти вас в другую область, за Урал. Мы, конечно, отвергли это предложение. Надеюсь, вы не будете думать о Дане как об изверге и садисте, он просто хороший сотрудник внутреннего отдела безопасности.
– Господи, не проще ли было съесть? Или убить?
– Всё дело в том, что вы не заслуживаете смерти. Вы ничего плохого нам не сделали. Просто вы случайным путём о нас узнали и в силу этого представляете опасность, поэтому вас нужно нейтрализовать, но не убивать, ни в коем случае. Мы не убиваем невинных людей.
– А Богораз? Он что-то сделал?
– Это особый случай, о котором нужно долго говорить. Всё в своё время, – Макс встал и похлопал меня по плечу. – Не горячитесь. Скоро вам всё станет понятно, потерпите…
Вот что мне режет слух.
– А мы разве не на ты? С сегодняшнего, то есть вчерашнего вчера? – не знаю, зачем я это сказал.
– Что? Ах да, – Макс улыбнулся и подмигнул. – Это было вчера, там мы могли быть на ты. Потому что так принято – переходить на ты, чтобы быть ближе или уж не знаю зачем… Я не люблю говорить на ты. Близости всё равно никакой нет, это иллюзия. Я предпочитаю честное соблюдение дистанции… А, впрочем, Бог с ним, – он махнул рукой и вновь сел напротив и закурил. – Поймите пока ещё вот что. Вы нам очень нужны… Мы должны одну вещь проверить. Если она не подтвердится, мы вас отпустим домой, под честное слово. Я ещё раз вколю вам снотворное и отвезу вас в Москву. А если подтвердится, мы вас тем более отпустим. Но вы к нам ещё вернётесь, по доброй воле. А пока считайте, что вы в некотором роде умерли для мира. Всего на несколько дней, не больше недели, Максимум – полторы… Или ещё лучше считайте, что это весь мир умер для вас, только в вас ещё теплится жизнь. Попробуйте задуматься об этом, хотя бы на полчаса…
Ну, родной, ты ещё видел Макса. И того парня, который привёл тебя сюда.