непоймичто – это мышь или ещё что-то вкусное, птица-воробей или подземный шустрый крот, а тут такое же – шур-шур-шур в стороны – и у меня есть, вдруг из меня мышь растёт! – и кошка начинает ловить длинную толстую мышь, похожую на змею, крутясь по кругу как такой арабский или персидский или турецкий мужик, откуда-то оттуда, ты что-то где-то читал про арабских святых, которые не молятся, а пляшут, вертятся и что-то такое видят в танце, возможно, если крутиться на месте, увидишь, из чего на самом деле сделан этот мир, поэтому кошки на тебя так отмороженно смотрят и на всех остальных так же пронзительно пялятся своими огромными – во всё рыльце! – моргалками, это всё потому, что у них есть хвост, за которым они танцуют, вот ты и ходил таким хвостом за девчонкой старше тебя, надеясь, что однажды она обернётся и скажет: «Посмотрите-ка! оказывается, у меня есть хвост! такой же, как у Ритки и Маши, которым я завидую и охочусь за их хвостами, я не подаю вида, что я за ними охочусь, в конце концов, мы – лучшие подруги, а у лучших подруг нехорошо отбивать-откусывать хвосты, так порядочные кошки себя не ведут, но внутри я ведь знаю, что я им завидую, хотя наяву, днём, при свете я даже не догадываюсь, как мне хочется иметь такой же хвост, а мне очень хочется, и вот что же я вижу – хвост! хвост, который надо во что бы то ни стало поймать!» – и брюнетка начнёт ловить свой хвост, и в этом танце вы закружитесь и поймёте, из чего на самом деле сделан этот мир, тебе кажется, что это понимает не только кошка, но и хвост её, вот только этой кошке не повезло, а может и повезло, это как посмотреть, так ли уж приятно знать, из чего всё это изготовлено? кто-то говорит, что из букв, их за это называют «народами буквы» или как-то похоже, были ещё давным-давно такие, которые говорили, что всё это – огонь, и за это они сгорали, вот ты не знаешь только, на чём они сгорали – на погребальных кострах или их жгли перед публикой, раньше ведь можно было запросто сжечь парнишу или дивчину на глазах у всего народа, вот тебя, именно тебя, обязательно бы сожгли, слышь! а были другие, они говорили, что нету никакого огня, а есть только вода, и за это их всех утопили в большой воде, ещё поговаривали, что всё – воздух, и их сбросили с большой-большой скалы в самый низ, где было ущелье и серые камни, а между ними текла короткая вода, быстрая и очень журчит, их выбросили в это ущелье, чтобы они научились летать в воздухе, который сами себе понавыдумывали, но они обратно в самый верх оттуда не полетели, наверное, они там летают, в этом ущелье, в самом низу, потому что высоко летать умеют только птицы, а человеку долго учиться, однажды они ещё прилетят обратно и всех заклюют, все ждут этого возвращения и почти все боятся, а кто-то их ждёт, ведь есть такие, которые хотят быть склёванным зёрнышком, они наверное думают, что прорастут в животе птицы, так вот, я говорю тебе, этой кошке, повезло или не повезло – не важно, только она не заметила свой хвост, не поймала его и ничего не узнала, так и ходит незнайкой, неведой, неучем, заглядывается на чужие хвосты, может быть, она и поймала кого, откусила хвост у другой кошки, у не лучшей подруги или совсем не у подруги, почему бы и нет? ты давно уже потерял эту кошку из виду, это ведь очень давно было, когда ты за ней хвостом ходил, а потом ты первый раз поймал кого надо, и тоже это была брюнетка, вы танцевали с ней два года, но, к счастью, не узнали, из чего состоит этот мир, о, вспомнил! были ещё такие вот, говорили, что мир сделан из атомов, их за это разобрали на атомы, чтобы проверить, так ли это, тогда времена были суровые, нынешним-то не чета, если что сказал, то отвечай за свои слова, прямо как на зоне, тебе парень из подъезда рассказывал, когда первый раз пиво пили под грибом на детской площадке, парню было уже восемнадцать, и он собирался на армию, а на армии, он говорил, как на зоне, он был уже сильно гружёный, когда тебя встретил, ты шёл из гостей очень поздно, прошёл мимо гриба, а он – хвать тебя за плечо! – «Ты это», – говорит, – «в прошлый раз пивом обещал проставиться, а? а до сих пор не проставился ещё, а мне через неделю на армию уходить», – ещё там было много слов, которые ты раньше слышал только в анекдотах, и когда обзываешься, можно сказать, а он их так запросто говорил, ты ему ничего такого не обещал, но он упёрся, – «Ты что, жид, а? жидишься, падла, жлоб, ну и пошёл отсюда», – ты обиделся и проставился, не знаю уже теперь, почему, и вот он поучал тебя, пока вы пили, ты первый раз запоминал этот горький ядрёный вкус, поэтому и слова запомнились, о том, что на зоне и на армии так: сказал – за базар отвечай, а в древние времена так было везде, так что и выходит, что зона и армия – это последние места, в которых в нашем мире сохранился дух древности, короче, этих, придумавших атомы, на них и разобрали, смотрят – а иди ты! и действительно ведь – из атомов! весь мир – чёрт его знает, а эти, разобранные, действительно были из атомов, а не из чего другого, их назвали «покойные народы атомов», потому что обратно собирать не стали, а повторять их опыт и при всех говорить про «мир из атомов» больше никто не отважился – боязно, и мочевой пузырь сжимает, но говорят, что «атомных покойных» считали героями и втайне уважали, да и ты их уважал и уважаешь, ты бы и сам, пожалуй, сказал, что мир из атомов сделан, потому что это опасно, но ты бы, во-первых схоронился, а во-вторых, ну и чёрт с ними, с опасностями, а так как сейчас на атомы не разбирают, говори, что хочешь, любую пургу мети, то про атомы – неинтересно, героем уже точно не стать, поэтому вы со второй брюнеткой, или с третьей, если считать японскую девчонку из телевизора, или даже – четвёртой, это если учесть ещё и Диаманду Галас, но ведь они обе – придуманные, поэтому будем считать, что со второй, поэтому-то вы с ней и не узнали, из чего мир сделан, что она – вторая, это к кому хвост приделан, с тем зверем ему и быть, отдельный хвост не живёт, один, сам-по-себе, хвост, – это не человек и даже никакая не животина, это такой одинокий демон, ни туда ни сюда, ни земле, ни небу, ни подземью, отдельные хвосты живут тогда лишь, когда при кошке, и ещё особенно хорошо, когда они сами кошками вилять начинают, вот таким вот демоном тебе и представлялся дед-мороз, там ещё была снегурочка, но ты на неё внимания не обращал, её как бы и не было, потому что в Англии и Америке, вам учитель говорил, у ихнего деда не было никакой девчонки из снега, а был чёрный парень, его как-то звали, по-моему, Питер или Николас, да, кажется, Чёрный Питер, а как может существовать человек или демон, который одновременно чёрный парень и белая девочка? ты этого не мог постичь, поэтому ни в Чёрного Питера, ни в снегурочку не верил, нет, они всякие, конечно, бывают, эти демоны, могут с собой что хочешь сотворить, но вот дед-мороз был явно важнее, главнее и бородатее, чем кто другой, кого ему в сопровождающие придумали, он всегда был дедом «борода-из-ваты», он не был в то же время тёткой, поэтому нету никакой снегурочки, даже оленей нет, только в зоопарке и на северах, они там мох едят и их пасут маленькие смешные узкоглазые люди, живущие в домах из снега, обогревающиеся мехом и поющие горлом, они стучат в бубен и со всеми демонами на ты, кузен когда был младше, не слушал ещё Диаманду, зато про шаманов знал всё, он тебе рассказывал, что они по ночам летают, потому что едят грибы, которые растут в их краях, впрочем, сказал кузен, они не только у них посажены, они везде есть, даже в наших лесах найти можно, ты спросил, что это за грибы такие, а он ничего не ответил, сказал, чтобы ты никому об этом не рассказывал, а то грибы потеряют свою волшебную силу, и тогда весь мир разучится летать, даже птицы все с неба на землю попадают, и придёт множество кошек и они съедят всех птиц, а когда их не станет, кошки съедят друг друга, потому что они всё время хотят есть, ты же видел, как они еду выпрашивают со стола, жалостливо так мяукают, а когда не станет кошек, придут крысы и принесут с собой чуму, и тогда уже умрут все люди, и ты умрёшь, и кузен умрёт, и сестрёнка совсем маленькая умрёт, поэтому нельзя о грибах рассказывать, – «Особенно взрослым, скажешь им про грибы, я тебе в репу настучу», – кузен предупредил, – «А ты их пробовал?» – спросил ты у него, кузен помолчал, потом сказал, что пробовал, потому что к его другу-однокласснику приезжал опытный грибник, он раньше был геологом на севере, потом остался там жить, его бросили друзья-геологи, потому что он много пил, а когда был пьяный, то шумел, дралс