— Вот какой настойчивый, - фыркнула блонда, - Говори тут, мне нечего скрывать от моих людей. И побыстрее, если хочешь, чтобы я услышала твой скулёж.
Ой, сколько же пламя внутри Марка сейчас бушевало, хватило бы на то, чтобы разом дотла выжечь несколько сотен гектаров земли, но парень продолжал сдерживаться, убеждая себя, что всё это во благо дела.
- Хочу попросить у вас отсрочки с выплатой предоставленного вами на моё имя платежа.
- Ты о чём, чужемирец? Говори яснее, у меня нет времени разгадывать твои загадки.
- Я о том счете, о вашей финансовой претензии ко мне, по поводу случившегося утром.
- А что с ней не так? – недовольно скривила губы Амалия.
- Дело в том, что в данный момент у меня нет такой суммы чтобы…
Слова Марка оборвались звонким и противным смехом блондинки.
- Боги, да ты нищий червь к тому же в придачу. Пришёл просить простить тебе выплату? Ой не могу, ну и умора, - продолжала мерзко насмехаться над Марком блондинка, - Какое ничтожество! Боги, простите меня. И таких как ты принимают в Академию Пришлых!
Дружественный гогот со стороны компашки буквально последние капли добавлял в чашу терпения парня. Марк держался, чтобы не сорваться из последних сил. Ему ужасно хотелось сейчас заехать с кулака прямо в эти мерзкие и отвратные рожи. Как смешно, у человека нет денег. Оборжаться просто можно.
Мимо проходили другие студенты и бросали косые взгляды на Спицына, тут же навострив ухо, любопытствуя о происходящем.
Закончив со своим мерзким хохотом, Амалия успокоилась и снисходительно произнесла,
- Так уж и быть, чернь, отзову свою претензию, - Спицын уже было хотел с облегчением вздохнуть, но Амалия не закончила, - Только если ты, чужемирец, опустишься на колени и поцелуешь мой сапог. Как тебе условие? Ты же должен понимать, что всему в этом мире есть своя цена.
Марк тупо уставился на сапог, который блонда демонстративно приподняла, изогнув коленку,
- Давай быстрее, покончим уже с этим, мне надоела беседа с тобой!
Кап! И чаша терпения переполнилась. Она что, действительно подумала, что он опуститься до такого, что станет ей целовать сапоги?! Вот сука тупая!
***
- Ты по что опять драку затеял среди белого дня на большой перемени, неугомонный? – Строго спросил Гнао, как скала возвышаясь над сидящим на полу Марком.
Пол в кабинете магистра был холодным, но стоять на ногах Марк не мог. В драке ему напрочь отбили ноги, да походу сломали ребро. Боль накатывала волнами, и Спицын терпел, чтобы не застонать, крепко сцепив зубы. Но сейчас нужно было что-то ответить магистру, иначе тот сочтет за неуважение молчание парня,
- Так получилось, магистр Гнао, случайно, - сквозь боль четко ответил Марк.
- Как получилось, сукин ты сын? – продолжал гневно наседать на Спицына старик, - Ты случайно плюнул на ногу этой соплячке неразумной, - Гнао посохом ткнул в рядом стоящую Амалию, - А потом, случайно разбил нос паре соплякам из её халуев, что отирались рядом?
- Как-то так, - не поднимал взгляда Марк.
- Эк ты герой выискался какой. Бросился с кулаками на сброд при родовой сопле, и молчит, сопит в две дырки, да отнекивается, - стукнул от злости магистр посохом по голове Марку. Было больно.
- А ты чего молчишь, мелочь пузатая? – Гнао переключился на Амалию.
- Ничего я не толстая! Во мне нет ни капли жира! – резко возразила старику блондинка, - не позволю в таком …
- Молчать! Не сметь пререкаться, сколько раз тебе повторять! – холодными глазами впился в девушку магистр, та сразу растеряла всё своё воинственное настроение, - По чём решила самосуд учинить над неразумным?
- Он меня оскорбил!
- Эка невидаль, мордовать живого человека по чём зря. Ты неразумная не читала правил академии?
- Он первый начал, - оправдывалась блонда.
- А то, бросился на вас как угорелый и давай как верблюд бешеный плеваться да кулаками размахивать! Видно, есть тому незримая причина, довела ты слабоумного до исступления?
- Магистр, вы что, на его стороне? – гневно спросила Амалия Фит.
- Я на стороне другого берега реки от вас. На стороне порядка в академии неразумная ты соплячка. Моя бы воля, выгнал бы вас обоих взашей, но не велено мне глумиться да притеснять студентов.
- Кем не велено? – задала ехидный вопрос Амалия.
- Совестью моей не велено, пигалица ты назойливая! – отвесил несильный подзатыльник девушке Гнао. К удивлению Марка, та промолчала о том, что магистр может распускать руки во время нравопоучительных бесед.
- В общем, надоели вы мне обои пуще горькой редьки. Спасу от вас нет. Глаза бы мои вас не видели. Голова от вас уже кругом идёт, а я старый человек, не к добру мне нервничать и переживать.