- Сидеть! – как собаке приказал Спицын, командным голосом, не терпящим возражения и на удивление, девушка послушалась его, - Дай я тебя накрою хоть плащом, а то и вправду, скоро зубами от холода стучать начнёшь. Прохладно на улице уже, как-никак осень на дворе.
Зеркальник наблюдал за Марком с неподдельным интересом. Тёмный рыцарь, не просто накинул плащ на суккубе, а заставил её одеть его как подобает. Потом отрицательно покачал головой, явно чем-то неудовлетворённый. Видно, Спицына что-то не устроило во внешнем виде демонессы, и он достал из своего рюкзака чистую кофту, да протянул её девушке. Та с непониманием уставилась на Марка. Игра в гляделки долго не продлилась.
- Одевай на себя, толку от одного плаща никакого не будет. Не бойся, кофта чистая и блох на мне нет.
Демонесса покорно сбросила с себя плащ, представ перед всеми во всей своей красе, и послушно накинула на себя кофту. С плащом опять помог Марк.
- Марк, а как ты думаешь, она разговаривать умеет вообще? А то шипит только как блин на сковородке, может она дефективная какая-то? – на расстоянии крикнул Щёголь, закусив нижнюю губу от любопытства.
- Понятия не имею, - честно признался Седой, - Я не специалист в демонологии. Даже не знаю, суккубы вообще способны разговаривать? Были бы тут наши иллюзорники, они бы нам смогли дать точный ответ, а у меня спрашивать такие вещи бессмысленно.
- Так чего гадать, ты прикажи ей что-то сказать. Видишь, она тебя слушается, - подкинул идею зеркальник.
Марк глянул на девушку и поймав на себе её взгляд затравленного зверя, тяжело выдохнул воздух,
- Извини, Бро, нет настроения, играть в эти игры. Не привык я как-то к такому.
- К какому?
- Приказывать людям.
- Так какой она человек! Ты чего городишь, она же демонесса! Что-то на подобии ручного зверька, только в обличие человека.
- Ну ты скажешь тоже, - отрицательно закивал головой Спицын, - «ручной зверёк». Если бы не Мальва, эта барышня нас бы распотрошила как кур повара на кухне. Думаю, что не стоит с ней заигрываться. Не время и не место.
- Согласен, - принял доводы землянина Щёголь, - Действительно, кто знает, что от неё можно ожидать. Но в любом случае, это ты правильно сделал, что не дал её убить мастире. Такую можно продать за хорошие деньги в Ларне. Монет пятьдесят золотом можно выручить за неё, при самых плохих прогнозах.
Ничего себе, подумал Марк. Он и не знал, что суккубы в такой цене, но снова посмотрев на девушку, призадумался. Дежавю. Вся эта ситуация, если отбросить кровь и гарь в сторону, сейчас ему напоминала первую его встречу с Маль Виль. Тогда, первый раз ступив ногой на Охойо, его Бастас Кри и Лиу Лу привели в лавку рабов к магистру Гнао. Он-то рассчитывал купить простого раба, а судьба лишь улыбнулась на приземистые желания Марка.
Маль Виль выглядела ещё похуже, чем эта демонесса. Как вспомнишь, так на глаза слёзы наворачиваются. Это сейчас мастира гроза всего живого на земле, ураган по имена Маль Виль, а тогда она выглядела хуже побитой собаки.
Улыбка расползлась на лице парня, как только он вспомнил, как первый раз принудил искупаться Мальву. Он тогда и понятия не имел, с кем дело имеет.
- Я умею говорить, - неожиданно произнесла демонесса, чем изрядно испугала Марка, - Даже не вздумай со мной обращаться как с ручным зверьком! Убью!
- О! А ты у нас с характером! – только и смог сказать в ответ Марк, заложив руки за спину.
***
Нужно отдать должное Амалии. Благородная буже, сбросив с себя всю спесь, как деревья осенью листву, до прибытия помощи в количестве трех телег и двух целителей, неустанно хлопотала возле своих людей. Вот это по-настоящему было благородно с её стороны. Несмотря на плохое самочувствие, изодранную одежду и несколько порезов на руках, Амалия не отвернулась от пехотинцев, а оставалась с ними до самого конца.
Вопреки ожиданиям Марка, город их принял без толпы встречающих уголовников и маньяков убийц, выстроившихся в очередь по их души. Всё, напротив, тихо и спокойно.
Три телеги местного целителя въехали в Алушу под крики петухов и лай дворовых собак. На улицах было пусто и на удивление чисто. Город и правда ничего особенного из себя не представлял с первого взгляда на него. Узкие улочки, одноэтажные дома, построенные все на один манер, в виде затворного бункера с узкими окнами бойницами. Никакой тебе игры пестрых цветов, в которые были выкрашены дома столицы. Всё однообразно, убого и без каких-нибудь выделений из общей картины. Серый кирпич ракушечник, был основным строительным материалом в этом городе. Из него были построены дома, заборы, будки для собак и даже дорога улицы выложена им. Всю эту серость разбавлять должны были деревья и вьющийся виноград, но середина осени убрала с общего фона тёплые цвета лета.