— Успокойтесь, мисс Малтин. Луцсе плисядьте, — он махнул рукой на бамбуковый стул и сел сам, подавая пример.
Пришёл обслуживающий с подносом, на котором стояли белые фарфоровые чашки и чайник.
Мелани хорошенько проанализировала ситуацию. Мельком посмотрела в окно.
«Дьявол, я не в Британии», — по спине пробежал озноб. Судя по солнцу — сейчас время далеко после обеда, в Лондоне же было раннее утро. Осознав, что её вполне вероятно куда-то переместили международным порталом, она постаралась взять себя в руки и всё же уселась за столик. Уже поздно метаться. Если её переместили в другую страну для встречи, то люди стоят за этим весьма серьёзные.
— Цюдно, оцень холосый цяй, лекомендую поплобовать! — осклабился китаец, наливая себе чашечку ароматного зелёного чая с жасмином.
— Где я? — уже более спокойно произнесла Мелани. — И кто вы?
— Вы на теллитолии гильдии. Мозете не пелезывать за конфиденциальность. Все плоизнесённое здесь останется мезду нами и никогда не выйдет за пледелы этих стен.
— А персонал? Посетитель? — она указала на официанта, что как раз принёс заказ из наваристого бульона тому здоровенному клиенту в дальнем углу.
— Видите эти линии? — он махнул рукой на пол. Мелани перевела взгляд и, увидев затейливую резьбу по дереву, кивнула. — Это сто-то влоде Полога Тисыны. Знакомы с этим заклинанием?
— Да, — кивнула Мелани, что-то припоминая из рассказов кузины.
Китаец вытащил из внутреннего кармана пиджака фотографию и придвинул по столу её ближе к Мелани.
Только увидев фотографию, она стиснула зубы и прошипела:
— Диггори…
— Угу… — кивнул Чанг. — Он убил дологого для вас целовека…
— Откуда вы?..
Чанг приподнял руку в останавливающем жесте:
— Мисс Малтин, я всегда узнаю о клиентах всю инфолмацию пелед тем, как плиступить к заказу.
— Вы — киллер? — прищурилась Мелани. До неё, наконец, дошло, куда её завели. — И вы намекаете на то, чтобы я заказала у вас убийство Седрика Диггори?
Китаец убрал фотографию обратно в карман куртки.
— Я не намекаю. Я здесь, потому сто вы позвонили…
— Не по своей воле…
— Тоцно? То есть вы хотите уйти? Это мозно устлоить. За пледвалительную встлецю денег не белут. Если условия не устлаивают клиента, то он подписывает контлакт о нелазгласении, и всё, связанное с пелеговолами, мягко стилается из его воспоминаний.
Мелани затихла. Она прекрасно понимала, что видимо, Джерард что-то с ней сделал, как-то околдовал. Потому она была столь послушной и инертной. Однако вместе с тем она ненавидела убийцу своей кузины всей душой и больше всего на свете жаждала справедливости. И уж точно она не хотела, чтобы над её памятью кто-то работал. Она не хотела ничего забывать.
— Цена? — коротко бросила она.
Китаец достал авторучку, клацнул ей и написал что-то на салфетке. Затем в сложенном виде сунул Мелани.
Стоило ей развернуть салфетку, как её рот непроизвольно открылся, а глаза грозили выпасть из орбит:
— Эт-то… в чём?
— Это в фунтах, я всегда даю сумму для клиентов в их национальной валюте.
— Почему так дорого? — полюбопытствовала она.
— Ну, знаете ли… — вдруг начал эмоционально размахивать руками китаец. — Я многодетный отец-одиноцка. И есё у меня больная бабуска. У меня так-то оцень больсая семья. И всех нузно колмить. А есё смотлите, какой я маленький! У меня вообсе оцень тязолая зизнь, мне нузно лаботать больсе остальных…
— А если серьёзно? — скептически протянула Мелани, нарушив его эмоциональную тираду.
Китаец опустил руки и сделал пару глотков ароматного чая.
— Вы сцитаете, легко ублать студента одной из элитных магицеских скол? Тем более того, у кого в покловителях такой больсой маг? А последствия? Вы о них не думаете? Сколько суматохи плинесёт плопаза цемпиона тулнила? Никто не захоцет связываться с такими плоблемами. Будьте увелены. Это я есё написал сумму с уцётом лоздественской скидки.
Уголок губы Мелани дрогнул. Хотелось придушить этого наглого азиата. Рождественские скидки? Для убийства? Кто в это вообще поверит?
Но сумма — астрономическая. И если бы не наследство от Мелани — она бы никогда не смогла её оплатить.