Гарри отошёл от судейского стола и трибун достаточно далеко. Он предупредил судей, чтобы авроры не нервничали и не пытались его приголубить чем-нибудь условно-боевым, чисто из-за рефлекса.
Взяв в руки палочку, он сконцентрировался.
Седрик Диггори не стал дожидаться его, уйдя под воду. Гарри даже не заметил, когда чемпион успел это провернуть. Но так даже лучше. Седрика нет. Так спокойнее. Не хотелось светить своими способностями перед оппонентом, тем более в специализации, где Седрик изначально был хорош, а к шестому курсу вообще дошёл практически до полноценного подмастерья.
«Меня называют Героем Магической Британии… какой громкий титул», — про себя думал Гарри. Однако за глаза его многие если не презирают, то завидуют чёрной завистью, словно он родился с серебряной ложкой во рту.
Но это совсем не так. Всего, чего он достиг, он достиг лишь благодаря собственному упорному труду, постоянному самосовершенствованию и кропотливой работе над собой.
И благодаря Гермионе, которая всё это время была рядом.
«Герми, держись», — Гарри подавил вспышку раздражения, дабы не сбить себе концентрацию на готовящейся волшбе.
Серебристая молния сорвалась с его палочки, ударив в землю под ногами.
Пару мгновений ничего не происходило. Только авроры, следившие за безопасностью и порядком на турнире, подобрались и опустили руки на чехлы с волшебными палочками.
Однако в следующий миг от места попадания заклятья берег прорезали длинные трещины. Они расползались, словно живые. Уходили в разные стороны, увеличивались вширь. Периферия сознания уловила, как заволновались зрители на трибунах. Кто-то даже поднялся с места, дабы лучше разглядеть колдовство чемпиона.
Но шум и бесполезное мельтешение отошли на второй план. Ему было плевать на то, что он впервые показывает свои истинные способности на публике, ибо главное сейчас — это спасение Гермионы.
Магия текла по телу Гарри, устремляясь в концентратор и уходя на подпитку заклинания. Его губы прошептали:
— Terram Centum Pondera Sursum!
Тонны грунта в виде различных по размеру кусков взмыли вверх, застыв на расстоянии в несколько метров над уровнем земли. А перед Гарри образовался глубокий котлован, на дне которого можно было различить металл широкой трубы, очевидно тянущейся от самого Хогвартса.
Особое движение палочкой в виде горизонтальной «восьмерки» — начался второй этап составного заклинания, собственно преобразование материи:
— Transfiguratio Magnum.
Зрители ахнули. Кто-то затаил дыхание. Мадам Максим принялась ругаться на французском, а Каркаров — на болгарском, затем на каких-то скандинавских. Дамблдору внешне удалось сохранить спокойное выражение, лишь пристальный цепкий взгляд поверх очков-половинок выдавал его заинтересованность и напряжение.
Бэгмен, выпучив глаза, схватил с судейского стола микрофон и тут же принялся комментировать увиденное в своей излюбленной манере:
— Вы только посмотрите, что творит Гарри Поттер! Вы видели, нет⁈ Это ведь высшие чары, а затем сразу переход в полиобъектную и мультиэлеметную трансфигурацию. Мерлин Всемогущий! До чего же невообразимый уровень колдовства! Неужели на первом задании Гарри не показал всего, на что способен? Каков хитрец! Впрочем… Получится ли у него задуманное? И что именно подготовил для успешного прохождения турнира наш чемпион?..
Ни реакции судей со зрителями, ни бесполезный трёп Бэгмена на результаты волшбы повлиять никак не смогли.
Куски породы, изменив форму, поплыли, вытянулись и принялись серебристо-серыми волнами втягиваться к центру, в массивный сферический объект, дабы сформироваться в то, что рядовые маги ещё ни разу не видели в своей жизни…
Кинг, благодаря сверхъестественной силе и выносливости, грёб довольно бодро и продвигался быстро. Опустился он пока что метров на восемь-десять, но по большей части плыл горизонтально, а именно — к центру озера. По его соображениям, именно там целесообразней всего было прятать то, что украли у чемпионов. Да и ему совсем не улыбалось сразу плыть ко дну и полностью исследовать его, чтобы встречаться со всякими тварями.
Что будет, если его умозаключения окажутся ошибочными и в центре как раз таки ничего не будет?.. Ну, он подумает над этим позже. В любом случае, Кинг участвует в испытании, и даже живот у него больше не крутит.