Кинг также заметил, что не был ее другом, потому очень многого о ней не знал, а сама девушка оказалась с весьма паршивым характером и, скорее всего, вряд ли они увидятся. Но, если следствию нужно, Кинг может с ней связаться, и она сможет дать показания.
Спустя десять минут авроры все же удалились, оставив директора и хаффлпаффца одних. Представители магической полиции через камин ушли в поместье Уоррингтонов, предварительно связавшись с родителями слизеринца.
Как только изумрудные всполохи огня погасли за Джерардом — что ушел из кабинета последним — Кинг тут же растекся в кресле, незаметно утирая пот со лба.
Дамблдор — при помощи невербальной беспалочковой магии — размешивал сахар в чашке с ароматным черным чаем и нарезал лимонные дольки, не сводя уставшего взгляда с Кинга.
— Мальчик мой, не лучше ли было рассказать аврорам правду?
— Директор, но ведь вы сами…
— Да, я знаю, — он тяжело вдохнул. — Но я всего лишь дал тебе выбор. Да и… Соединенные Штаты? Серьезно?
— Они находятся далеко. — Пожал плечами Кинг. — Да и это большая страна. Там в десять раз больше волшебников, чем в магической Британии. В такой ситуации ложь спрятать проще. Вы ведь поможете мне «воскресить» Пандору?
— Конечно, Седрик, — отпив чай из чашки, сказал Дамблдор. — Ее в любом случае пришлось бы возвращать на Втором задании турнира.
— На втором задании? — прищурился Кинг.
— Эм… прости, я не могу говорить об этом. Я и так сболтнул лишнего…
Они пили чай со сладостями под мерный шум свистящих и дымящихся приборов. Если в первые встречи с директором у Кинга сердце готово было выскочить из груди, то теперь он ощущал абсолютное спокойствие рядом с этим стариком.
— Ты точно не знаешь, откуда взялась кровь мисс Скитер? — вдруг спросил Дамблдор.
Кинг хотел ответить точно так же. Однако совсем недавно он осознал, что может просматривать информацию из подсознания в «Архиве Воспоминаний». Если он попробует погрузиться в память и выловить скрытые от него факты, то это может пролить свет на дело.
Вот же… И почему он не догадался этого сделать при аврорах? Чертов стресс. Мозги из-за него совсем не соображают.
— Дайте мне минуту, — сказал Кинг, отхлебнув горячего чая с лимоном.
Он отставил чашку и прикрыл глаза.
Ночные воспоминания тут же возникли перед его взором.
Кровать. Кукла, что его целует. Вот она смахивает жука с его пиджака…
«Погоди-ка. Жук⁈» — Кинг остановил видеоряд, затем промотал воспоминание немного вперед.
Пандора злится из-за того, что Кинг ее отшил. И…
Стоп-кадр.
Близард заносит ногу для того, чтобы раздавить бедное ни в чем не повинное насекомое.
Как и в «видео» с Амосом Диггори за домашним столом, Кинг отошел от своей проекции в сторону. Замедлив воспоминание, он с ужасом наблюдал, как жука раздавливают прямо в том месте, где авроры нашли следы крови Риты Скитер.
«Да нет… не может быть…» — мысленно покачал головой Кинг, провожая взглядом куклу, что выбросила труп насекомого в окно.
Чтобы удостовериться, Кинг промотал назад, затем остановил воспоминание и попробовал наложить на него недавнее, с аврорами.
Он смонтировал два воспоминания. В одной половине комнаты он остановил «фильм» на моменте, когда Пандора занесла каблук для убийства. Во второй половине комнаты — позади него — проигрывалось недавнее посещение его комнаты аврорами. В одном воспоминании — была ночь. В другом — позднее утро.
— Сэр, это кровь, — сказал молодой аврор с усиками, колдуя волшебной палочкой в воздухе над бурым пятном возле его кровати.
— Та же, что и у жертвы? — спросил Вэндел.
Стоп.
Утреннее воспоминание застыло.
Кинг сконцентрировался и начал переводить взгляд то на одну картину, то на другую.
«Черт. Нельзя сказать наверняка», — он недовольно поморщился. Затем постарался соединить два воспоминания в одно.