- Ты говоришь делать, что хочу… – шепчет она ему на ухо. – А что если я не желаю быть взятой, как рабыня? Что если я хочу получить желаемое, как королева, и сделать это своим?
Он улыбается, почти касаясь губами ее теплой шеи:
- Тогда ты будешь моей королевой, Кэролайн.
- Наверное, это делает тебя моим королем.
- Я полагаю, что так, - соглашается он.
========== 5.2. I Fall Asleep Inside of You. “Blood” ==========
- Наверное, это делает тебя моим королем.
- Я полагаю, что так, - соглашается он.
Она улыбается, слегка приподнимаясь.
- Ну, тогда…
Чувствуя его напряженный член между ног, она медленно на него насаживается. Клаус хрипло стонет от удовольствия, а девушка не может сдержать улыбки, упиваясь собственной властью. Его пальцы скользят по телу, чувственно гладя нежную кожу, сминают грудь, и Кэролайн откидывает голову, наслаждаясь ощущениями. Наконец, стиснув в ладонях ее ягодицы, он слегка приподнимается, чтобы лучше видеть лицо девушки, мягко направляя движения, желая заставить ее ускорить темп. Обняв его за плечи, Кэролайн снова насаживается на член, тихо постанывая Клаусу в шею. Он слышит, как течет по ее венам кровь, пробуждая в нем зверя, и, откинув волосы с ее шеи, проводит клыками по белой коже. Опьяненная собственным желанием, Кэролайн даже не замечает этого движения. Накрутив на кулак светлые пряди, он оттягивает ее голову назад, глядя на совсем беззащитную шею. Клаус проводит языком по просматривающейся вене, от ключицы к линии челюсти, чувствуя, что не может сдержать глухих стонов удовольствия. И снова касается клыками нежной кожи, на этот раз, уходя глубже в плоть, чертя кровью на коже.
Кэролайн замирает, ахнув от острых ощущений, но прежде чем она успевает отреагировать, чувствует его пальцы между ног, невесомо касающиеся клитора, и это перебивает всю боль, заставляя почти кричать от удовольствия. Кровь тонкими струйками стекает по ее шее к обнаженной груди, и Клаус жадно слизывает с нежного тела каждую каплю, пока, наконец, не впивается клыками в оставленную им рану. Чем больше крови он высасывает, тем настойчивей гладит пальцами у нее между ног. Его член все еще внутри, и Кэролайн движется на нем уже быстрее, больше не в силах контролировать свое тело. Она только крепче цепляется за Клауса, меж глухих стонов зовя его по имени, когда ее накрывают волны экстаза, сладкой болью отдающиеся внутри.
Не дожидаясь, пока она придет в себя, Клаус резко перекатывается, толкая ее в матрас и проникая в нее так глубоко, как только может. К его удивлению, Кэролайн снова воспламеняется от его движений, и Клаус улыбается, затаив дыхание, глядя на девушку под ним, крепко закрывшую глаза, настолько погруженную в собственное желание. Он останавливает поступательные движения, не сводя глаз с крови, текущей из ее раны и окрасившей белую кожу. Крупные капли катятся меж грудей, и Клаус опускает голову, чтобы слизать их. Это эйфория, ее вкус словно заставляет гореть все нервные окончания.
Открыв глаза, Кэролайн видит измененное лицо Клауса, обнажившего окровавленные клыки. Он наклоняется, чтобы соединить свои губы с ее, но девушка вжимается в подушку, заставив его остановиться. Она медленно поднимает руку, касаясь его клыков, ожидая, что тот отпрянет, но Клаус замирает, и тогда она проводит дрожащими пальцами выше к венам, расползшимся под ставшими янтарными глазами. Она знает, что должна быть напугана, но в это мгновение не может не быть очарованной. Может, думать так и глупо, но это единственное, что приходит ей сейчас в голову. Клаус снова наклоняется, и на этот раз Кэролайн его не останавливает.
Запах ее крови висит в воздухе, опьяняя мужчину, и он упивается им, снова проникая в Кэролайн, чувствуя, как она обвивает ногами его бедра, выгибаясь навстречу, желая лучше его ощутить. Клаус снова находит губами рану, обводя ее языком, собирая кровь.
- Укуси меня, - приказывает он, чувствуя, как сильно ослабла под ним девушка от потери крови.
Она знает, что он имеет в виду, знает, что кровь вампира может исцелить человека. Но все же не может заставить себя сделать подобное.
- Нет, - отвечает она, чувствуя, как он снова резко в нее входит, заставив затрястись от силы толчка.
- Сделай это! – кричит он.
Потрясенная его криком, Кэролайн мгновенно впивается своими человеческими зубами ему в плечо. Клаус чувствует, как она прокусывает кожу медленно и болезненно из-за ее неопытности и отсутствия клыков, но этого достаточно, чтобы капли крови исцелили девушку. Она впивается ногтями ему в спину, погружаясь зубами глубоко в ранку, стараясь высосать больше, пока он продолжает двигаться в ней. Он проникает в нее быстро и глубоко, слыша, как Кэролайн хрипло стонет от каждого движения, выгибаясь в спине, прижимаясь своей грудью к его. Все вокруг расплывается. Цвета, запахи смешиваются, и уже ничто не имеет значения. Все, о чем он может сейчас думать – это как напряженны сейчас их тела, и как болезненно сильно ему нужно достичь оргазма. Клаус ощущает, что Кэролайн под ним снова на пределе. Она хрипло зовет его по имени, и это будто служит толчком, он изливается в нее, чувствуя, как словно заново воспламеняется каждая клеточка тела.
Крепко держась за Клауса, прижимаясь к нему так, будто они – единое целое, Кэролайн слышит, как он простанывает ее имя, упиваясь экстазом. Даже закончив, он остается внутри нее, его горячее дыхание обжигает шею. Что-то во всем этом, в том удовольствии, которое дало ему ее тело, заставляет Кэролайн дрожать от того, что удовлетворены и ее собственные желания. Никогда прежде она не испытывала ничего подобного, жаждать человека так сильно и быть настолько же нужной в ответ.
Клаус мягко вытаскивает из нее член и ложится рядом, переводя дыхание. Услышав, как довольно выдохнула Кэролайн, он улыбается, проведя рукой по ее волосам.
Она накрывает их обоих простыней, устраиваясь на кровати поудобнее.
- Твои глаза… - начинает Кэролайн, прежде чем Клаус успевает хоть что-нибудь сказать. - Они желтые… - внезапно она замолкает.
Клаус повернулся к ней, и она видит, что его глаза больше не того ярко-желтого, почти янтарного цвета, нет, они сейчас ясно-зеленые, с оттенком синего. Словно океан после дождя, приходит в голову Кэролайн поэтическое сравнение.
- Что? – спрашивает он, обрывая нить ее мыслей.
- Они прекрасны, - признается девушка.
Клаус приподнимает голову с подушки, слегка удивленный признанием.
- Тебя ничто не испугало?
- Ты меня иногда пугаешь, но сейчас я поняла, что даже монстры могут быть красивы, - она произносит это, не задумавшись, и стоит словам слететь с губ, как Кэролайн хочет вернуть их обратно.
- Я приму это за комплимент, - отвечает он после некоторого молчания.
Кэролайн бросает взгляд на окровавленные простыни и дотрагивается рукой до шеи там, где раньше кровоточила рана. Она уже затянулась, исцеленная его кровью, кожа гладкая, будто укусов не было вообще.
- Из-за этого я могу стать… не человеком? – тихо спрашивает она.
- Ты можешь произнести это слово, Кэролайн. Но нет, вампиром ты не станешь, для этого нужно умереть с моей кровью внутри.
Она на мгновение застывает, услышав его слова, внезапно поняв, что Клаус умирал. Нет, она всегда это знала, но только сейчас начала осознавать, что он действительно видел смерть.
- Кто убил тебя? – с любопытством спрашивает девушка.
- Мой отец, - отвечает он, стараясь подавить горечь.
Клаус поворачивается к ней, глядя на смягчившееся выражение лица Кэролайн. В ее взгляде столько нежности и доброты, что мужчине становится не по себе от того, что кто-то может так смотреть на человека, подобного ему. Именно поэтому он никогда не оставался на ночь с женщинами. Клаус улыбается, стараясь скрыть смятение, и поднимается с постели.