По словам Эльвиры, прошел не один год, прежде чем отчаявшаяся женщина решилась на крайний шаг — надумала она обратится с молитвой и соответствующей запиской к Черной Мадонне из монастыря Монсеррат.
То, что Черная Мадонна помогает в подобных несчастиях, известно давным-давно и сомнению не подвергается, но, по обычаям, с подобного рода записками к ней обращаются сами страдающие бездетностью женщины, без посредников. А тут дочь той женщины то ли в силу неверия, то ли по какой другой причине, но наотрез отказывалась взывать к помощи Святой.
И вот любящая мать отправилась в монастырь. Она помолилась, оставила записку и в надежде на чудо вернулась домой.
На этих словах экскурсовода в салоне автобуса, как мне показалось, повисла густая тишина любопытства. Похоже, именно эта история оказалась одинаково интересной всем нашим туристам (конечно, кроме тех, кто спал или слушал музыку). И когда в той почти торжественной тишине Эльвира произнесла: «И надежда ее сбылась. Через девять месяцев ребеночек появился на свет», — я услышал многочисленные негромкие и достаточно саркастичные комментарии мужской половины нашей туристической группы. Но самым удивительным я бы назвал то, что женщины, коих на самом деле отправилось в путешествие больше, чем мужчин, почему-то молчали.
— А теперь самое интересное, — выждав увесистую паузу, с загадочной интонацией произнесла Эльвира, тем самым возвращая атмосферу тишины и еще более концентрированного любопытства.
— Через девять месяцев, к огромному удивлению односельчан, родила сама женщина, а не ее дочь.
Сказав это, Эльвира замолчала, продолжая хитро поглядывать на своих подопечных, а тишина, окружающая нас, наполнилась новой неуловимой, но почти звенящей нотой. Так продолжалось пару секунд. Затем послышался звук, напоминающий осторожный единовременный выдох, и следом за ним из глубины салона раздалось:
— Зачет.
И тут же переходящий от ряда к ряду смех изгнал из автобуса ощущение присутствия сказки.
Надо сказать, что совпавший с окончанием поездки и воспринятый с юмором (опять-таки подчеркиваю, в основном мужчинами) столь горячий финал рассказа позволил снять напряжение предыдущих часов. Наверное, поэтому я достаточно легко и с юмором воспринял как очень быстрое, сравнимое с бегством, исчезновение за дверями ближайшего кафе одетой в розовое крошечной женщины, так и наше последующее двухчасовое блуждание за Эльвирой.
Когда же официальная часть экскурсии подошла к концу и нам даровали целых три часа свободного времени, выяснилось, что история о пожилой женщине, ее дочери и ребенке все же не осталась незамеченной и женской частью нашей группы.
Здесь я должен упомянуть о существующих в нашей семье различиях в туристических интересах. Если моя супруга Евгения обожает как можно чаще где-нибудь бывать и что-нибудь смотреть, то сын наш Евгений, как и его мать, где-нибудь бывать тоже любит, вот только предпочитает он в том где-нибудь просто бесцельно бродить, а еще лучше забираться куда-нибудь повыше. В его понимании именно таков лучший отдых. Что же до меня, то… эх, должен признаться, что вообще не люблю ни длинные прогулки, ни музеи, ни выставочные залы, а уж тех мест культурного времяпровождения, куда выстраиваются длинные очереди, тем более стараюсь всячески избегать. И тем не менее вопреки, казалось бы, таким нестыковкам наш совместный семейный отдых всегда остается замечательным, а главное, нескучным и запоминающимся.
— Уф, наконец-то, — достаточно громко с нескрываемым облегчением вздохнул я, едва Эльвира объявила об окончании экскурсии и о нашей трехчасовой свободе.
Евгения бросила на меня укоризненный взгляд и неодобрительно покачала головой.
— А что? — ответил я. — Теперь хоть в кафе можно посидеть, отдохнуть.
Из укоризненного, взгляд супруги тут же стал удивленно-недоуменным.
— Какое — посидеть в кафе? — воскликнула Женечка с почти возмущением. — У нас лишь три часа, а столько всего нужно увидеть: и Базилику осмотреть получше, и в музей я еще раз хотела сходить, и до креста Святого Михаила нужно дойти, и к Черной Мадонне обязательно.
Признаюсь честно, возмущение супруги, как и ее грандиозные планы, меня повеселили.
— Ну да, конечно, у нас ведь целых три-и ча-а-са-а», — протянул я, — обязательно все успеем, особенно если начнем с Мадонны: именно там эти три часа мы в очереди и проторчим.