На следующий день, как следует выспавшись, подруги позавтракали, проверили, чтобы Лиза ничего не забыла, добавили к багажу небольшую, лёгкую и удобную в руке видеокамеру с пауэрбанком, поиграли с Мишкой в машинки, почитали ему сказки, посмотрели вместе с ним его любимые мультики, снова накормили перед дорогой Мишку, и пошли грузиться в машину. В аэропорт они прибыли к часу. Лиза поцеловала в обе щёчки сына, попросила его слушаться Лиду и вести себя хорошо. Малыш её выслушал и важно кивнул. Лиза, едва сдерживая слёзы от нежелания расставаться с ним, закинула на плечи рюкзак, взяла в руки сумку с ноутбуком, и пошла к стойке регистрации, где уже стоял в очереди её сослуживец. Поздоровавшись, она стала за ним. До вылета оставалось почти два часа. Сидя в зале ожидания, ей удалось расслабиться, когда она заметила, что Андрея всё ещё нет. Она бы и не расстроилась, даже если бы он вообще не пришёл. Но, в последний момент, он всё-таки появился и к нему сразу подошли мужчина с женщиной средних лет, которых Лиза знала, как семейную пару талантливых декораторов. Подошёл к нему поздороваться и её сослуживец. Она же ограничилась кивком головы, и, взяв свой багаж, прошла на посадку, которую только что объявили. Затем, когда посадка была почти окончена, поднявшись в самолёт, она расположилась на своём месте у окна, с облегчением заметив, что рядом с ней на свои места садятся незнакомые ей люди. А это значит, что можно спокойно смотреть в окно, отдохнуть, вздремнуть, расслабиться и никто не будет ей мешать никакими разговорами. Довольно улыбнувшись, Лиза отправила домой сообщение о том, что она уже в самолёте, и, пристегнувшись, откинулась на спинку сидения в ожидании её любимого момента. Того самого, когда, разбегаясь, самолёт на бешенной скорости отрывается от земли и, с широко раскинутыми крыльями, взмывает вверх, в самое небо. И она ни секунды не пропустит из этого волнующего и прекрасного зрелища. Наконец, когда все пассажиры были рассажены по местам, бортпроводница рассказала всё, что они обычно рассказывают про полёт, технику безопасности и спасательные жилеты, экипаж получил разрешение на взлёт, а самолёт вырулил на взлётную полосу, начался разбег. И вот, набрав нужную скорость, они взлетели. Лиза ещё какое-то время любовалась серой, местами ещё заснеженной Москвой, от которой они быстро удалялись. Затем пейзаж стал однообразным, а потом и вовсе скрылся за облаками. Понаблюдав за игрой солнечных лучей в пушистых белых облаках, Лиза воспользовалась возможностью получить дневной сон. Потому она не знала, будет ли у неё возможность отдохнуть после прилёта, или их начальник умудрился что-то запланировать даже на самый вечер субботы. А спустя почти четыре часа они уже приземлялись в Орли. Из-за разницы с Москвой в один час, здесь уже было начало девятого вечера, да ещё пришлось ждать багаж коллег. И в отель они смогли попасть только ближе к половине десятого. Потом была регистрация, после чего начальник объявил всем, что завтра с утра они все отправляются на выставку садового искусства, открывающуюся как раз в этот день, чтобы не терять впустую или на праздный отдых бесценного времени. Женщины, конечно, красноречиво переглянулись, но говорить по этому поводу ничего не стали. Потому что, во-первых, они устали и просто мечтали уже расслабить тело и отдохнуть, а во-вторых, с начальством на такие темы спорить как-то не принято, потому что бессмысленно. В общем, несмотря на дневной сон в самолёте, Лиза чувствовала себя очень уставшей. И её очень обрадовал пусть не большой, но зато отдельный номер с ванной. Целых сорок минут она позволила себе наслаждаться, расслабляясь, лёжа в горячей воде. А потом завела будильник, надела пижамы и повалилась спать.
В десять часов утра, позавтракав здесь же в отеле, они все собрались в холле, одетые стильно, но тепло и удобно. На плечах Лизы висел, сейчас почти пустой, её любимый рюкзак, в котором лежали камера, кошелёк и необходимые каждой женщине мелочи. Из отеля они отправились в парк Флораль де Пари, где дизайнерами со всего мира были представлены весьма интересные экспозиции.