Настоящие, как показала проверка ситуацией, друзья вместе с его отцом предпринимали отчаянные попытки спасти разваливающийся бизнес, считая, что тем самым помогают выйти из кризиса его хозяину. Никто не знал достоверно причину происходящего, хотя догадки, что это связано с личной жизнью, были у всех. Никто, кроме той, которая устроила весь этот трэш в надежде на то, что когда Андрею потребуется утешение, тут она и выйдет на первый план, умелая, искушённая, знающая, как она думала, что нужно мужчине, не то, что та соплячка, с которой она так легко расправилась. Но, при первых же признаках развала, эта крыса первая сбежала с тонущего корабля, попытавшись прихватить с собой важную документацию и клиентскую базу. За этим её вовсе не случайно застукали отец Андрея и глава службы безопасности – его старый сослуживец, которые уже давно подозревали эту негодяйку в сливании информации конкурентам и прочей закулисной деятельности. А то, как она отреагировала на Андрея, вернувшегося из командировки, когда ещё никому не было известно о его состоянии, то как она начала на нём виснуть, утешать и подлизываться, укрепило подозрения старых боевых товарищей в её причастности ко всему, что теперь происходило. С этого момента они организовали самое пристальное наблюдение за этой женщиной и вскоре уже знали всё о её переговорах с конкурентами, дальнейших планах даже о её роли в разрушении личной жизни и здоровья Андрея. Так же они выяснили, что перед уходом эта девица собирается обчистить сейф с деньгами, куда по попустительству вечно пьяного теперь Андрея, она получила доступ. Просто взяв ключи из кармана пиджака, который он оставил на спинке своего кресла и уже недели две даже не вспоминал о нём. Как она, не от большого ума, надо полагать, хвасталась по телефону своему любовнику из конкурирующей фирмы:
- Андрей и не помнит уже, какая сумма там находится и клал ли он её туда. Ему всё теперь безразлично. А раз этому барану не хватило ума или фантазии разглядеть такую шикарную настоящую женщину, как я, и быть благодарным за то, что я устранила с его пути ту замухрышку, которая в подм ётки мне не годится, то пусть платит. Увольняться отсюда без компенсации за всё, что я для него сделала и за то, сколько я его ждала, я не собираюсь! – И тут же согласилась на свидание с собеседником. Записав и прослушав весь этот разговор, а так же ещё много чего компрометирующего эту любительницу наживы и богатых мужчин, мечтающую иметь всё любой ценой, отец Андрея, Виктор Яковлевич и начальник службы безопасности пометили все купюры в сейфе, а так же документы, о которых шла речь. С помощью талантливого программиста, друга Андрея, запустили специальный вирус в её компьютер. Теперь они сразу получали оповещения о переброске любых файлов и о попытке их скачать. Причём вирус каждый раз, препятствуя осуществлению любых действий, выводил на дисплей надпись с оповещением о сбое в системе и рекомендациями то перезагрузить, то перезайти, то осуществит ещё какие либо действия, дававшие возможность охране и, введённому в курс дела, представителю полиции, взять преступницу с поличным.
Когда на следующий день раздался сигнал о копировании файлов, по незаметной для несведущих глаз камере, все занятые в этом деле увидели, что предательница, тем временем, изымает из сейфа деньги и папки с документами и складывает их в свою достаточно вместительную сумку. Отец главы фирмы, начальник службы безопасности, вызванный ими для составления протокола сотрудник полиции и один из охранников, дружно рванули к кабинету секретаря, которым и работала здесь упомянутая особа.
Она как раз закончила собирать свою объёмистую сумку. Ту самую сумку, с которой приходила на работу последние несколько дней и даже нарочно показывала её охранникам, чтобы убедить их, что она там носит с собой одежду для фитнесса. Надо же было ей как-то убедить всех в том, что это совершенно безобидно, то, что она сменила свои привычные любимые микроскопические клатчи на то, что раньше высмеивала у других женщин. Ещё минуту назад она сладко и мстительно улыбалась, наслаждаясь своей местью и предвкушением краха отказавшего ей мужчины. Но сейчас эта самодовольная улыбка медленно сползала с её холёного лица, уступая место мертвенной бледности и выражению ужаса загнанного в угол жалкого, презренного существа.