Лиза проснулась на самом рассвете. Сладко потянувшись, она медленно встала и прошла на кухню. Пока закипал поставленный ею чайник, она успела освежиться в душе и теперь пила чай с мёдом и лимоном, глядя в окно на расцветающий весенний день. Сегодня было заметно холодней, чем в предыдущие дни, которые побаловали москвичей внезапным теплом и совсем уже ярким весенним солнышком. сегодня же утро было медленным, акварельно-розоватым, с сероватыми облаками, постепенно затягивающими небо, готовящееся, согласно прогнозу, к двум неделям сырости, промозглости и дождей. Но, как бы облака и тучи не хмурились, день брал своё, и постепенно небо всё больше светлело, проявляя новые краски, пробуждая птиц и заставляя соки деревьев стремительней бежать по стволам и веткам, питая и выращивая в почках ещё не видимые глазу листочки. За те полчаса, что Лиза смотрела в окно, перед ней сменилось множество красок и нюансов в свете всё больше расцветающего утра. И, наконец, утро окончательно победило ночь день, пусть хмурый и серый, но вступил в свои права, щедро даря всем спокойное ровное свечение, постоянно слегка динамично меняющееся благодаря бегущим облакам. И в этом тоже была своя прелесть и особый тонкий настрой на эти нежные переливы света и тени, которые так же необходимы, как пронзительная яркость ясных солнечных дней. Наполнившись энергией и нежными впечатлениями от созерцания наступающего дня, насладившись вкусным чаем, Лиза вернулась в свою комнату, сделала себе лёгкий массаж, уделила внимание гимнастике для мышц лица, его массажу с лёгким увлажняющим кремом. Такое внимание она уделила рукам, делая всё с максимальной благодарностью своему телу за то, что оно у неё есть, за то, что оно здорово, красиво и за всё то великолепие и радость, которые оно могло проявить в будущем. И потом, с огромным удовольствием, медленно, долго расчёсывала волосы, специально купленным для таких моментов красивым резным деревянным гребнем, который она обнаружила у знакомого резчика по дереву. У того самого, к которому ездила накануне за заказами для её клиентов. Она успела уделить максимальное внимание себе, а сын ещё спал. Лиза улыбнулась тому, как здорово начиналось её утро, переоделась в домашнее мягкое, тёплое, очень приятное телу платье, и, взяв недочитанный роман, прошла в зал, уютно уселась в удобном кресле, чтобы почитать, пока все спят. Сегодня она не станет думать ни о чём серьёзном или тяжёлом. И ни о какой работе и предстоящих делах тем более. Сегодня целиком и полностью принадлежит только ей. И она использует это время по максимуму радостно и с удовольствием, уделяя внимание себе, сыну, дому. Просты и насущным делам. А сейчас она просто сидит и читает книжку в этой, спокойно обнимающей её, утренней тишине. И это – только её время, которое она уделит только себе. И это уже само по себе глубочайшее удовольствие, которое так не часто она могла себе позволить за всеми хлопотами и работой, что она должна была делать каждый день. Но тем ценнее были такие моменты.
Примерно через час в душ прошлёпала ещё немного сонная Лида, и Лиза прошла на кухню, чтобы заварить им с подругой чай. Когда чай уже заваривался, а Лиза заканчивала готовить молочную кашу всем на завтрак, на кухню зашла всё ещё сонная, зевающая подруга в банном халате и полотенцем, скрученным в тюрбан на голове, и плюхнулась на стул.
- Вот зачем я проснулась в выходной? – Спросила Лида, отчаянно зевая.
- А, действительно, зачем ты проснулась в выходной? – Ответила вопросом на вопрос Лиза.
- Чтобы прожить его с лёгкостью, радостью и великолепием?
- Великолепный план! – Сказала Лиза, подавая подруге чашку горячего чая, - Давай его реализуем прямо сейчас.
- А давай! – Улыбнулась Лида, и взяла печенье, которое откусила, максимально проживая этот момент в наслаждении и от самого процесса еды, и от вкуса и аромата чая и печенья. выключив огонь под кастрюлькой с уже готовой кашей, Лиза присоединилась к трапезе, получая от происходящего максимальное удовольствие и наполняясь этим чудесным состоянием. Когда подруги уже заканчивали убирать со стола, к ним на кухню, потирая кулачком заспанные глазки, притопал Мишка в голубенькой пижамке, и в обнимку с мягким белым плюшевым зайчиком, с которым он всегда засыпал.