На следующий день, как следует выспавшись, подруги позавтракали, проверили, чтобы Лиза ничего не забыла, добавили к багажу небольшую, лёгкую и удобную в руке видеокамеру с пауэрбанком, поиграли с Мишкой в машинки, почитали ему сказки, посмотрели вместе с ним его любимые мультики, снова накормили перед дорогой Мишку, и пошли грузиться в машину. В аэропорт они прибыли к часу. Лиза поцеловала в обе щёчки сына, попросила его слушаться Лиду и вести себя хорошо. Малыш её выслушал и важно кивнул. Лиза, едва сдерживая слёзы от нежелания расставаться с ним, закинула на плечи рюкзак, взяла в руки сумку с ноутбуком, и пошла к стойке регистрации, где уже стоял в очереди её сослуживец. Поздоровавшись, она стала за ним. До вылета оставалось почти два часа. Сидя в зале ожидания, ей удалось расслабиться, когда она заметила, что Андрея всё ещё нет. Она бы и не расстроилась, даже если бы он вообще не пришёл. Но, в последний момент, он всё-таки появился и к нему сразу подошли мужчина с женщиной средних лет, которых Лиза знала, как семейную пару талантливых декораторов. Подошёл к нему поздороваться и её сослуживец. Она же ограничилась кивком головы, и, взяв свой багаж, прошла на посадку, которую только что объявили. Затем, когда посадка была почти окончена, поднявшись в самолёт, она расположилась на своём месте у окна, с облегчением заметив, что рядом с ней на свои места садятся незнакомые ей люди. А это значит, что можно спокойно смотреть в окно, отдохнуть, вздремнуть, расслабиться и никто не будет ей мешать никакими разговорами. Довольно улыбнувшись, Лиза отправила домой сообщение о том, что она уже в самолёте, и, пристегнувшись, откинулась на спинку сидения в ожидании её любимого момента. Того самого, когда, разбегаясь, самолёт на бешенной скорости отрывается от земли и, с широко раскинутыми крыльями, взмывает вверх, в самое небо. И она ни секунды не пропустит из этого волнующего и прекрасного зрелища. Наконец, когда все пассажиры были рассажены по местам, бортпроводница рассказала всё, что они обычно рассказывают про полёт, технику безопасности и спасательные жилеты, экипаж получил разрешение на взлёт, а самолёт вырулил на взлётную полосу, начался разбег. И вот, набрав нужную скорость, они взлетели. Лиза ещё какое-то время любовалась серой, местами ещё заснеженной Москвой, от которой они быстро удалялись. Затем пейзаж стал однообразным, а потом и вовсе скрылся за облаками. Понаблюдав за игрой солнечных лучей в пушистых белых облаках, Лиза воспользовалась возможностью получить дневной сон. Потому она не знала, будет ли у неё возможность отдохнуть после прилёта, или их начальник умудрился что-то запланировать даже на самый вечер субботы. А спустя почти четыре часа они уже приземлялись в Орли. Из-за разницы с Москвой в один час, здесь уже было начало девятого вечера, да ещё пришлось ждать багаж коллег. И в отель они смогли попасть только ближе к половине десятого. Потом была регистрация, после чего начальник объявил всем, что завтра с утра они все отправляются на выставку садового искусства, открывающуюся как раз в этот день, чтобы не терять впустую или на праздный отдых бесценного времени. Женщины, конечно, красноречиво переглянулись, но говорить по этому поводу ничего не стали. Потому что, во-первых, они устали и просто мечтали уже расслабить тело и отдохнуть, а во-вторых, с начальством на такие темы спорить как-то не принято, потому что бессмысленно. В общем, несмотря на дневной сон в самолёте, Лиза чувствовала себя очень уставшей. И её очень обрадовал пусть не большой, но зато отдельный номер с ванной. Целых сорок минут она позволила себе наслаждаться, расслабляясь, лёжа в горячей воде. А потом завела будильник, надела пижамы и повалилась спать.
В десять часов утра, позавтракав здесь же в отеле, они все собрались в холле, одетые стильно, но тепло и удобно. На плечах Лизы висел, сейчас почти пустой, её любимый рюкзак, в котором лежали камера, кошелёк и необходимые каждой женщине мелочи. Из отеля они отправились в парк Флораль де Пари, где дизайнерами со всего мира были представлены весьма интересные экспозиции.
Каждый сезон в этом парке по-своему радовал глаз. Как было принято о нем говорить, в этот парк нельзя войти дважды и увидеть одно и то же. Зеркальная гладь великолепных прудов, по которой суетливо, то и дело ныряя, сновали утки, и величаво скользили белые и чёрные лебеди. Великолепно выполненный рельеф с ровными удобными прогулочными дорожками и разной высоты зелёными холмистыми склонами, то пологими, то чуть более крутыми, сразу захватывал взгляд, не давая ему скучать до самого конца прогулки. Насыщенные тона великолепных ароматных тюльпанов перемежались с разными тонами зелёных газонов, от желтовато зеленеющих до изумрудных и сине-зелёных. Всё это сопровождалось пением птиц и негромким гулом голосов, пока ещё редких в это время, групп посетителей. Но, постепенно, парк заполнялся людьми, а компания наших дизайнеров, снимая и фотографируя особо интересные виды, приближалась к цели своего маршрута. На нескольких холмах вдоль дорожек парка были установлены объекты садового дизайна в окружении цветов, кустарников и даже невысоких деревьев. Создавалось ощущение вдруг, словно по волшебству возникших среди этой спокойной парковой красоты, маленьких садов, даже с уже заросшими прудиками. Оформленных так, словно их много лет выращивали здесь. Глядя на всё это сложно было представить, что всё это было создано здесь менее, чем за неделю. Хотя, конечно, мастера ландшафтного дизайна трудились для этого гораздо дольше. Просто поражало то обилие разнообразных приёмов, которыми они зрительно раздвигали те маленькие пространства, выделенные им для их экспозиций. Это было и невероятно интересное использование перспективы, и зеркальные вставки и ограждения, и разноуровневость каркасных объектов и оттенки самой листвы растений в сочетании с размерами листьев, зрительно приближающие или удаляющие объекты. Были те приёмы, с которыми Лиза и её коллеги сталкивались впервые. И они уже прикидывали, как такие приёмы можно перенести на интерьер и применить в их области. А ещё Лиза, пользуясь моментом, снимала все эти потрясающие вещи на камеру для Ирины Анатольевны, сопровождая кадры весьма ценными для коллеги пояснениями. Была здесь, среди этого великолепия растительного царства, представлена и садовая мебель, и интерьерные инсталяции садовых и деревенских интерьеров. От кажущихся совсем простыми и чуть ли не топорными, а на самом деле, продуманными и созданными именитыми дизайнерами, до просто роскошных резных, покрытым витиеватой резьбой, патиновой позолотой и обитых дорогими тканями образцов, созданных с отсылками к стилям барокко и необарокко, расположенных в настоящих, живых древесно- цветочных дворцах. Время здесь летело незаметно. Лиза настолько насыщалась впечатлениями, новыми идеями, знаниями и восторгом, что совсем не ощущала ни усталости, ни чувства голода. Она вся сияла, каждой клеточкой впитывая в себя окружающую красоту. Она всей собой сейчас жила в этом моменте, сливаясь с самой жизнью, рождающей такую красоту, которую увидели и так умело подчеркнули все эти невероятные люди, создавшие эти мини сады. Увлечённая съёмкой и изучением деталей, она не заметила, как Андрей Викторович, позаботившийся о лёгком перекусе для своих сотрудников, раздавал всем купленные им бутерброды и кофе. Она не заметила даже того, как он, взяв у неё камеру, сунул ей в руки такой же бутерброд, своей конструкцией напоминающий гамбургер, и её любимый латте с корицей, только машинально отхлебнув который, она ошеломлённо уставилась на свои руки, чем вызвала смех своих сослуживцев, уже некоторое время с удовольствием наблюдавших за ней. Встретив смеющийся взгляд Андрея, она чуть было не утонула в нём, с таким теплом, удовольствием, лаской и радостью смотрел он на неё в этот момент. «Как раньше», - с тоской подумала она с огромным трудом отведя взгляд. Она снова хотела нырнуть в то счастье единства с созданной здесь красотой, в котором купалась буквально минуту назад. Но не смогла окунуться туда полностью. Этот его взгляд не отпускал её в её мыслях. Именно в нём хотелось ей утонуть, купаясь в его нежности и ласке.