И Лиза, машинально попиваю из кружки чай с ромашкой и мелиссой, который заварила и сунула ей в руки Лида, начала свой рассказ. Она рассказала о том, как внезапно почувствовала что падает, споткнувшись на выставке, и руки Андрея поймали её. Совсем, ккак тогда. когда они только познакомились. Она рассказала о том, как он обнимал её, как рассказывал снова обо всём на свете. 4как рассказывал ей о том, что творится в мире дизайна. Рассказывал увлекательно, глядя на неё нежно, со смехом глазах. И ещё она рассказала о том, как они гуляли по всем экспозициям, как им было хорошо вдвоём, как незаметно текло время, как будто он был снова искренним, как будто снова всё было по-прежнему. Как он обнимал её и она чувствовала его тепло. Как она чувствовала, что он хочет быть рядом. Как она чувствовала в тот момент, что всё по-прежнему как будто и не было того страшного для неё дня и всех этих лет потом. Поведала она и о том, как он рассказывал им о своих чувствах, о том, как не могла ему довериться, о том, как боялась, потому что он ничем не гарантировал её безопасность и безопасность её сына. Как, по её мнению, он не сделал ничего такого,чтобы она захотела ему раскрыться, наоборот в этот момент её хотелось сбежать от него и ни о чём не говорить. И как она сбежала. Сбежала внутрь себя, не стала говорить, сказала не всю правду. Сказала только, что у неё есть семья из важных для людей, которых она знает с детства, но не стала ничего говорить о сыне. И после этого он снова любил её, и потом она заснула. Ещё она рассказала о том, как проснулась абсолютно счастливой и о том, как её душа ушла в пятки когда, глядя ему в глаза, она почувствовала что сейчас произойдет что-то страшное. И о всех тех жутких и страшных злых словах, которые он говорил ей. Но, самое главное о том, как он сказал, что знает, что у неё есть сын, когда она уже оделась их собиралась уходить. Екатерина Фёдоровна попросила рассказать подробнее о том переходе её от страха к онемению внутреннему, которое с ней произошло, и Лиза рассказала, что сначала она очень испугалась, и как жутко и страшно ей было, как было очень больно от его взгляда и слов. А потом вдруг что-то произошло, и она как будто бы вылетела из тела, как будто начала смотреть на себя на все происходящее со стороны. Как её накрыло спокойствие безразличия и вдруг она почувствовала, что ей не стоит здесь больше оставаться, просто незачем, и она машинально начала собирать свои вещи и одеваться, чтобы уйти. И о том, как уже, всё глубже проваливаясь в это состояние, она даже не слышала о том, что он ей говорил. И как потом он схватил её и тряс, что-то говоря, а она всё равно не слышала его и даже не видела, словно он был прозрачным или как буд-то его не было вообще. И, как потом, вдруг увидев фотографию своего сына у себя перед глазами, ту самую, которая всегда была у неё с собой в её рюкзаке, её удалось, наконец расслышать то, что он ей говорил.
- Лучше бы я этого не слышала. – Продолжала свой рассказ Лиза. – Он угрожал. Угрожал, что отнимет у меня ребёнка, что я не выстою против его юристов, что он уничтожит меня. И тогда я кинула ему в лицо своё обвинение. Обвинение в том, что он давно уже уничтожил меня. Что-то той Лизы, которую он знал, больше нет, и ему нечего от меня ждать прежних реакций, прежней любви и прежнего тепла и искренности. И ещё, я рассказала зала ему всё о том, что произошло в его доме, как унижала меня его невеста.
- А как при этом выглядел Андрей? - Уточнила Екатерина Фёдоровна.
- он казался удивлённым, даже, вроде как ошарашенно спросил у меня, какая невеста, словно бы не знал. Я объяснила ему, какая невеста. Я рассказала про всё, что он со мной сделал и почему я больше не хочу его видеть, и почему он не достоин своего сына и даже той фотографии которой он тряс у меня перед носом. Потом я вырвала у него эту фотографию и сбежала. И побежала к себе в отель собирать вещи, а потом поехала в аэропорт и из оттуда я позвонила вам. Вот и вся история. – Замолчав, она потихоньку допивала свой чай, вопросительно смотря на собеседниц. - Чего мне ждать от этого оцепенения? - Наконец просила она. Екатерина Фёдоровна смерила её пульс, осмотрела глаза, язык, вздохнула и сказала:
- Лиза, всё будет хорошо. Всё в этот раз будет хорошо. Я не думаю, что придёт какая-то особая боль и депрессия, потому что её лимит ты уже у себя исчерпала. Просто где-то ты приняла решение и выбрала больше не проживать эти состояния. Ты ведь знаешь, что боль, обида, страх, депрессия, - это всего лишь, выбор. И, что бы ни случилось, ты можешь выбрать испытывать и проживать всё это, а можешь выбрать создавать в своей жизни что-то другое. Похоже, что в свои прежние выборы ты уже, наконец, наигралась. С тобой всё хорошо, с тобой всё так. Сейчас главное, это решить, что делать дальше. Знаешь, как я вижу эту ситуацию? Из рассказанного тобой я поняла, что Андрей давал тебе шанс. Он хотел именно от тебя услышать о своём сыне, и он выбрал для этого очень хороший момент. Момент, когда вы могли довериться друг другу, момент, когда он тебя держал в своих объятиях, обнимал и давал эту защиту. Но ты этого не поняла. Ты настолько ушла в свои страхи и переживания, что упустила свой шанс.