Выбрать главу

Ларкин нагнулся, затем выпрямился и потащил что-то тяжелое к выходу из своей берлоги. Джим на мгновение потерял бандита из виду, а затем вновь увидел того в дверном проеме. Миланд, пятясь, тащил во двор тело мужчины, держа труп за ноги. Внезапно свет луны упал на лицо мертвеца.

«Дик Харлей!» — чуть не воскликнул Латур, мгновенно узнав своего старого знакомого, теперь оставалось только выяснить, живы или нет два других члена шайки. Дождавшись, когда Миланд вернулся назад в дом, он осторожно подобрался к окну и заглянул внутрь опять. И сразу же увидел еще двух знакомых. Текс, скорчившись, лежал на полу, а Эд, раскинув руки, распростерся на столе. Оба были мертвы.

Глаза Джима обследовали комнату в поисках Сэйдж, но ни малейшего признака ее присутствия он не обнаружил. О, Боже! Где же она?

Он вновь посмотрел на Ларкина, а когда увидел, как тот наклонился и взял ноги Эда, чтобы тащить к выходу, Джим перешел к двери и тихо вошел в дом.

— Стой на месте, Ларкин! — прозвучал в тишине его суровый ледяной голос.

Преступник застыл на месте и выпустил из рук мертвеца. Потом он медленно повернулся и изумленно уставился на Латура.

— Так, — наконец вымолвил Миланд. — Ты все-таки догнал меня, индейская свинья.

— Ты что же, был настолько глуп, что думал, будто я не найду тебя и на краю земли, если понадобится?

— Это ты глуп, ублюдок, — оскалился Ларкин. — Ты напрасно за мной гнался.

— Нет, — Джим покачал головой, — ты похитил ее, и я не уйду из твоей норы, пока не вышибу из тебя, где она.

Ларкин бросил на своего противника взгляд, исполненный животной ненависти, и хрипло, злорадно захохотал:

— А я как раз и собираюсь сказать тебе, где она, индейская морда. Я пристрелил эту новую подстилку и оставил на съедение волкам. Теперь только косточки остались от нашей прекрасной Сэйдж!

От боли у Джима перехватило дыхание. Самые худшие его опасения подтвердились! В следующее мгновение в руке Латура, словно сам собой, оказался кольт и грянул выстрел.

Миланд Ларкин захлебнулся смехом, между его глаз появилась большая кровавая дыра, какой-то звук, похожий на всхлип, вырвался из его горла, и он рухнул на пол, на тело Эда.

Только теперь Джим почувствовал кислый запах порохового дыма и гари, наполнявший комнату, и к нему вернулась способность рассуждать. А заодно с этим на него навалилось ощущение безысходности и невосполнимой утраты. Его взгляд потух, и глаза у него стали такими же мертвыми и пустыми, как у тех, кто сейчас лежал перед ним на полу комнаты. Он повернулся и, сгорбившись, точно старик, пошел прочь из дома.

Отыскав оставленную в зарослях лошадь, Джим снял седло и улегся у ног животного, слишком измученный всеми переживаниями, чтобы отправляться домой прямо сейчас. Завтра утром он поедет к себе на ранчо. Прямо туда, чтобы не видеть Тилли, не говорить ей о том, что произошло. Уже засыпая, Джим вспомнил о Дэнни и застонал от отчаяния. Боже, как он сможет рассказать обо всем ребенку?

Резкий топот подкованных копыт гулко раздавался в ночной тишине, когда Сэйдж и два ее юных спутника мчались вдоль по равнине, залитой лунным светом. Лошади бандитов оказались быстроногими и свежими и быстро увеличивали расстояние между Миландом и беглецами.

Сэйдж низко склонилась к лошадиной гриве, ее волосы от быстрой скачки относило ветром назад, и они развевались у нее за спиной, подобно знамени. Женщина молилась о том, чтобы они с мальчиками не сбились с пути и чтобы дорога, по которой они мчались, привела их в Шайенн. Ведь ей пришлось наугад выбирать направление бегства, и она вполне могла принять неверное решение. Спрашивать Лайшу или Бенни смысла не было. Ей было совершенно ясно, что никто из них не удалялся от места, которое они называли своим домом, дальше пяти миль.

Проскакав почти час, Сэйдж остановила свою лошадь, мальчики последовали ее примеру, и все трое прислушались, стараясь уловить звуки погони. Но все было тихо вокруг; слышалось только дыхание лошадей и посвистывание ночных птиц. — А куда мы направляемся, мэм? — тихо спросил Лайша.

— Надеюсь, что мы едем в Шайенн. Там есть судебный исполнитель и власти, которые защитят нас от Миланда.

Лайша внимательно посмотрел на небо, словно исследуя звезды, и сказал:

— Когда Ларкин последние два раза заявлялся к нам, он приезжал вон оттуда. — Мальчик указал направо от того места, где они сейчас остановились, и добавил:

— Если он схватил тебя в Шайенне, тогда нам надо ехать в том направлении.

Сэйдж посмотрела на испуганное лицо Бенни.

— Как у тебя дела, милый? Ты можешь продолжать поездку?

Мальчик кивнул.

— Я могу ехать еще хоть неделю, только бы, в конце концов, освободиться от него.

— Тогда поехали, — Сэйдж повернула коня направо, и мальчики погнали лошадей следом за ней Но Сэйдж понимала, что и они, и их лошади очень устали, и вскоре им придется все равно остановиться на несколько часов, чтобы дать отдых своим уставшим телам. Ее глаза беспокойно обшаривали ровное, открытое пространство, но нигде не было ни одного подходящего укрытия, где можно было спрятаться.

Внезапно Лайша, тоже понимавший, что им нужен отдых, окликнул ее и показал вперед. Женщина всмотрелась в темноту и увидела на гребне горы темные силуэты деревьев. Она улыбнулась подростку и кивнула.

Через двадцать минут они достигли рощи строевого леса и поехали между гигантскими стволами Если бы не острые глаза Бенни, Сэйдж с мальчиками так бы и проехали мимо старой опустевшей сторожки, скрытой от посторонних глаз среди высоких сосен, в тени скалы. Пожалуй, найти это строение только так и можно было — по воле судьбы.

«Отличное место для того, чтобы отдохнуть и, может быть, хоть немного поспать», — подумала Сэйдж, спрыгнув на усыпанную иглами землю. Ее племянники сделали то же самое, а затем Лайша толкнул дверь, и они втроем вошли вовнутрь.

В строении был такой запах, какой бывает только там, где давно уже никто не живет: затхлый, пыльный. Под ногами скрипел песок, дохлые мухи и пауки украшали окно, сквозь которое в дом проникал яркий лунный свет.

— Я думаю, мы можем тут в безопасности оставаться до утра, — сказала Сэйдж. — Только, давайте, сперва спрячем лошадей.

Уставших животных отвели за избушку, где по деревянному желобу струилась родниковая вода. Лошадей расседлали, напоили, а потом, вернувшись назад в помещение, Сэйдж и Лайша улыбнулись друг другу. Пока все шло отлично. Среди вещей бандитов нашлись три спальных мешка. Превосходно, беглецам не придется спать на полу.

— Проверьте, мальчики, седельные сумки, может, найдется какая-то еда, — сказала Сэйдж, вываливая содержимое одного мешка на стол.

Через мгновение Бенни воскликнул'

— Я нашел немного вяленого мяса, а у тебя что, Лайша?

— То же самое. А что у вас, мэм?

Старший мальчик подошел к Сэйдж, которая удивленно рассматривала большой, набитый бумагой пакет, держа его в руке.

— Вот только это, — ответила она. — Но думаю, что это не еда. Что-то слишком мягкое.

Женщина развернула бумажный пакет и высыпала содержимое. На стол выпал ворох зеленых листов прямоугольной формы.

— Это деньги, да, мэм? — изумленно спросил Бенни. — Я видел, как однажды Ларкин давал их тому, с рыжими волосами.

— Да, Бенни, это деньги, и очень много, — она пошевелила бумажную кучу. — Пожалуй, больше тысячи долларов.

— Возможно, это те деньги, которые Ларкин дал Харлену, чтобы он убил вашу семью, мэм, — тихо сказал Лайша.

— Теперь я в этом не сомневаюсь, — пораженно сказала Сэйдж; деньги внезапно стали жечь ей ладони. Она вновь стала смотреть на деньги. Неужели вот эта груда бумажек стала причиной гибели всех ее близких? Ей захотелось поскорее запихнуть деньги обратно в мешок.

— Не забудьте внести ружья, — сказала женщина, поднимая ружье, притороченное к седлу ее лошади.