— Иии…, — я с трудом смогла расслышать, что она там мямлит.
— Мистер Браун…, — сказала она, подмигнув. — Кажется, что-то наклевывается.
— Серьезно? — не удержалась я от удивления. — Мне нужны подробности, — устроилась поближе в багажном отсеке красного пикапа Мэри.
— Он делает намеки, — добавила она, озираясь по сторонам, словно опасаясь, что кто-то на берегу озера, куда мы приехали купаться, может услышать нас, кроме рыбы и мошек.
— Мэри, конкретнее, — я прикусила нижнюю губу от заинтригованности.
— Мы случайно пересекались несколько раз на тренировках «Бешеных псов», которые проходили вне школьных занятий. Я приходила туда просто посмотреть на ребят, — она хихикнула.
— И на мистера Брауна, — вставила я с игривой улыбкой.
— Ну да, и на него тоже, — Мэри мечтательно посмотрела на водную гладь. — Как думаешь, смогу ли я заманить его в постель?
— Зная Брауна… Это он затащит тебя в постель.
— И я буду совсем не против! — легонько толкнула она меня и игриво защекотала. — Я в предвкушении, как он будет трогать меня тут, — Мэри провела рукой по моему бедру, — и тут, — поднялась выше, пальцами скользя по предплечью, — и вот тут, — холодные подушечки остановились у моих пухлых губ. Я сглотнула подступившую слюну.
— Ах ты маленькая извращенка! — воскликнула Мэри и так же игриво вскочила с места, сбрасывая с себя легкую летнюю тунику. — Пошли купаться, — бросила в меня ткань и, не дождавшись ответа, стремительно помчалась в теплое озеро, оставшись лишь в нижнем белье.
— Кэссиди Картер, — кивнул один из полицейских, что позвали меня, оторвав от обеда и, конечно, от Рэя и его злобно-притягательного нападения на мои бедные предплечья.
— Да, — робко ответила я. Копы одновременно внушали мне страх и активировали фантазию, вызывая в голове целую бурю мыслей и образов. Например, твердая кожаная дубинка патрульного хорошо бы смотрела в моей киске. Если бы кто-то увидел, что творится в моем воображении, услышал мои мысли… Меня бы точно отправили на лечение от нимфомании.
— Ваши родители дали согласие на этот разговор, и поскольку вам уже исполнилось восемнадцать лет, мы вполне можем побеседовать и без их присутствия. Не стоит переживать, — добродушным тоном произнес дядечка-коп, вводя в разговор нотку спокойствия. — Мы просто хотим задать вам несколько вопросов. Я детектив Паул, а это мой коллега, детектив Рамирес.
— О Мэри? — перебила я его, чувствуя, как сердце забилось сильнее.
— Верно, — подтвердил второй детектив, который выглядел немного моложе. — Давайте пройдем в свободный кабинет, — произнес он, указывая рукой на дверь вглубь здания.
Мы вошли в переговорную комнату, обычно используемую преподавателями для встреч, но крайне редко посещаемую учениками. Сразу за нами в помещение проскользнул наш школьный психолог мистер Джонсон, который выглядел обеспокоенным.
— Я должен присутствовать при разговоре, — строго вставил он.
«Жаль, что не в меня».
— Это не обязательно, — ответил детектив Паул. В воздухе повисла напряженность.
— Обязательно, — настаивал мистер Джонсон. — Поддержание психического здоровья учащихся в этой школе — моя работа. — Он устроился рядом со мной в мягком кресле, аккуратно разложив принесенные с собой документы. Я не могла точно уловить, что именно там было написано, но они напоминали мое личное дело. Открыв блокнот, он взял в левую руку ручку, готовясь записывать. Полицейские обменялись тяжелыми вздохами.
— Кэссиди, это обычный разговор. Для всех присутствующих хочу сразу уточнить, что никто никого не обвиняет. Нам всего лишь нужно прояснить несколько вопросов о Мэри. Казалось, что напарники намеренно разыгрывают сценарий «хорошего» и «плохого» копа. Тот, что постарше, продолжил: — Мэри была твоей подругой?
— Ха, — грустно усмехнулась я, чувствуя, как к глазам подступают жгучие слезы. — Была, — произнесла, набрав воздуха полной грудью.
— Когда ты последний раз с ней виделась?