— Мистер Браун, — ее глаза изменились. Если раньше в таких ситуациях они ненавистно прожигали меня насквозь, то сейчас с серьезным выражением лица игриво улыбались.
— Картер, надеюсь, твоя команда не прохлаждалась. И сможет достойно выступить на матче, — я не ослаблял привычный тон недовольства. Это была игра, и мы оба играли превосходно.
— Тренер, мои девочки всегда готовы. А вот насчет ваших парней, — она иронично взглянула в сторону футбольной команды, лениво разминавшейся на поле, — я не уверена, — настоящая дьяволица.
Я кивнул и взглядом отправил ее обратно к своим, а сам заорал, чтобы футболисты оторвали свои задницы от земли и показали, что не растеряли навыки за две недели без меня.
Пока шла тренировка, Кэс с группой поддержки, словно стая юных волчиц, взрывали противоположную сторону стадиона криками и танцами.
«Шагаем вместе, как стая волков — к вершинам победы!»
Кэс взмыла в воздух, подхваченная сильными руками базы, и плавно вернулась на землю. Пирамида сменилась вихрем грациозных пируэтов.
«Шагаем вместе, как стая волков…»
Темп нарастал, и вот, после стана [см. прим. 1]. Кэс в окружении подруг совершила дерзкий лип-прыжок [см. прим. 2].
«К вершинам победы!»
Я не мог отвести от нее глаз. В этой гибкой, пластичной, кажущейся хрупкой, но такой сильной девушке было что-то невыразимо прекрасное. И она играла со мной. Целенаправленно сексуально скользила руками по своим оголенным участкам тела, когда замечала мой взгляд на себе.
После двух часов оглушительного рева «Бешеных псов» я распустил команду переодеваться. Кэссиди не спешила, бережно укладывая помпоны и полотенце в свою сумку. Я нарочито замедлил шаг. Поле постепенно пустело, пока мы не остались наедине. Она направилась в сторону кампуса, и наши траектории пересеклись где-то в конце стадиона.
— Не изменяешь своим традициям, Ник… — в голосе моей девочки сквозила игривость. Она знала, что мое имя, сорвавшееся с ее губ, опьяняет меня, и намеренно тянула время.
— Кэс, — спокойно и тихо выдохнул я, — приедешь сегодня?
— Серьезно? — она смотрела прямо перед собой, избегая моего взгляда. — Сначала ты пропадаешь на две чертовы недели после, — ее голос почти сорвался на шепот, — минета. А потом просто приглашаешь к себе?
— Я решал проблемы, — приблизился, почти касаясь ее плечом. Мой рост делал меня гигантом рядом с ней, ее макушка едва доставала до середины моего предплечья. Это безумно заводило, — наши проблемы, — добавил я более серьезно.
— Вот как, — Кэс резко повернулась и взглянула мне в глаза, — а разве существует какое-то «мы»?
— Ты, — мое терпение балансировало на грани, — издеваешься?
— Ха, — она одарила меня лукавой улыбкой.
— Я бы сам тебя забрал, но это будет слишком палевно, — прошептал я.
— Ладно, — она кокетливо вскинула голову и ускорила шаг, — буду у тебя в девять. И чтобы на столе стояла клубника.
Не дождавшись ответа, она ускакала в раздевалку, словно игривый ягненок. Я лишь усмехнулся.
«О, я приготовлю для тебя не только клубнику».
Как и было оговорено, ровно в девять вечера в заднюю дверь постучали. Я всегда ценил ее пунктуальность и ответственность. Она впервые была в моей обители, и я дал ей несколько минут, чтобы осмотреться в моей холостяцкой берлоге. Я всегда был помешан на чистоте и порядке, так что никаких грязных носков и прочего хлама здесь не было. К тому же раз в неделю я вызывал клининговую компанию.
— Уютно, — протянула Кэс, нежно проводя пальцами по спинке кресла в гостиной. — Я думала, тут все будет заставлено кубками из твоей прошлой успешной жизни, стены будут увешаны футболками и твоими плакатами, — поддразнила она.
— Не настолько я самовлюблен, — усмехнулся, потянувшись к бутылке бордового.
— Мне всего восемнадцать, рано мне еще, — лукаво улыбнулась она и подалась вперед. — Или думаешь, без этого я тебе не дам?
— А может, это не для тебя, а для меня, — я подхватил игру. — Может, это я тебе не дам, пока не пригубишь дорогого вина. — Я налил в бокал и поднес к носу, жадно вдыхая аромат. Сделал глоток. Кэс подошла вплотную. Движения были медленными и соблазнительными, когда она выхватила бокал из моей руки.