Эта ее тактильность выводила меня из себя. Она вечно позволяла Рику обнимать ее за плечи и шептать что-то прямо в лицо. И хоть это было по-дружески, она обнимала и футболистов. Понимаю, это ее работа — поднимать им боевой дух. Но, блять, я же вижу, как некоторые на нее смотрят! Квотербек так вообще начинает нетерпеливо дергаться, когда она к нему прикасается. Такер — один из лучших игроков, и я бы не хотел выгонять его из команды только потому, что он мечтает трахнуть мою девочку.
Как я и ожидал, вечеринка была в самом разгаре. Огромное трехметровое чучело щедро поливали жидкостью для розжига. Здесь были не только выпускники, но и школьники помладше. Завидев меня, они тут же прятали алкоголь. Хотя и первым его было нельзя, но было как-то кристаллически похеру. Хотят губить свой организм — флаг им в жопу.
Я прошелся по территории, заглянул в старый заброшенный амбар, где все еще висели ржавые фермерские инструменты вроде вил. Кэс нигде не было.
«Прячешься от меня, глупая овечка?» — прошептал себе под нос, оглядываясь по сторонам.
Пламя взметнулось ввысь, освещая все вокруг ярким и жарким светом. Около полусотни пьяных учеников выкрикивали наш девиз, прыгая и обнимая друг друга. На голове Такера Эверса красовалась искусственная голова серого волка.
— У-у-а-о-о-о-о-о-о-о-а-у-у! — взвыл квотербек на горящего медведя. Остальные футболисты поддержали его, вытянув головы ввысь и издав похожие звуки.
— Тренер, — послышался голос сбоку. Я обернулся поздороваться.
— Майерс, — кивнул и пожал протянутую руку.
— Какими судьбами здесь? — спокойно спросил он, встав рядом.
— А ты чего не воешь с остальными? В основном благодаря твоей отличной игре «псы» вчера одержали победу.
— Мне и так нормально, — он пожал своими широкими плечами.
Признаюсь, даже я со своим ростом под два метра чувствовал себя рядом с ним малюткой. Про Рэя можно было бы сказать, что он тупой качок, который не вылезает из зала, если не знать его получше. На самом деле он вполне сообразительный парень. Да, деньги родителей его разбаловали. Но я видел, что он смышленый, немного замкнутый, даже пугающий, но в целом неплохой парень.
— Так зачем пришли, — бесстрастно переспросил он меня, — тренер?
— Посмотреть, как мои лучшие футболисты напиваются до беспамятства, — я натянуто улыбнулся. — Девчонок из группы поддержки сильно не тискайте, им еще целый сезон вас заставлять выигрывать.
После моих слов показалось, что на маске непроницаемости, которую носил раннинбек, мелькнула тень. Не тревога — скорее, сгусток ярости.
— Вижу, здесь не все, — я попытался прощупать почву, отыскать хоть ниточку к Кэс. — Картер здесь?
— Нет, — отрезала эта машина для убийств, собираясь улизнуть.
— Знаю, она не пропускает такие мероприятия. Что случилось? — разговор о ней словно напрягал его, хотя, честно говоря, любая беседа, казалось, была ему в тягость. Самый нелюдимый и душный «пес» в команде.
— Понятия не имею, — буркнул он и направился к Такеру, который уже топил свою крутость в пиве.
«Ладно, хоть убедился, что она действительно хотела отдохнуть… а не отдохнуть от меня».
Следующим вечером Кэс так и не появилась. Тревога росла, и я решил сам навестить овечку. С тех пор как мы начали встречаться, я немного ослабил хватку, перестал следить за каждым ее шагом. Да и зачем? Мне казалось, я и так знаю о ней все. Она была моей, только моей.
Взобравшись на балкон, я замер, ошеломленный. Передо мной была не Кэс. Не та милая, немного наивная девочка, а разбитая хрустальная ваза, осколки которой рассыпались по полу.
Она сидела на кровати и, не отрываясь, смотрела в одну точку на полу, расчесывая свои длинные светлые волосы. Даже с трех метров я видел жуткие светло-фиолетовые пятна, расцветающие на ее предплечьях. Белая майка, под которой виднелись лишь трусики, задралась, обнажая бедро, усеянное синяками всех оттенков — от желтых до зловещих сине-фиолетовых.