И он обнял. Его руки скользнули с плеч на лопатки, притягивая меня к себе. Я приподнялась на носочках, позволяя ему поглотить меня, создать вокруг нерушимую стену. Лицо уткнулось в мощную грудь. Я выдохнула и позволила чувствам взять надо мной верх. А потом просто поехала домой.
Пару недель я играла с огнем. Не позволяла тренеру прикасаться ко мне, вообще приближаться, что вызывало у него неконтролируемые приступы ярости, которые обрушивались на ни в чем не повинных «псов». Рэй же провожал меня голодным, но нежным взглядом, пока я, весело болтая, расхаживала по школе. Целенаправленно оказывался там, где была я, хотя раньше наши встречи ограничивались тренировками и редкими пересечениями в столовой.
«Они мои», — возбужденно думала я, когда в очередной раз ублажала себя пальчиками в постели.
Ссадины почти сошли, оставив лишь призрачные желтые отметины да предательский след укуса — клеймо тренера, которому, видимо, суждено было стать шрамом.
В середине декабря, словно ночной кошмар, Ник снова вторгся в мое личное пространство. Хоть решетки на окна ставь, ей-богу. В его измученном взгляде плескалась неприкрытая тоска по моей киске. Интересно, насколько там все застоялось и завяло без привычной долбежки? Или он уже утешился в объятиях какой-нибудь смазливой выпускницы?
— Чего тебе? — бросила я нарочито грубо. Родителей не было, и можно было не играть в пай-девочку.
— Кэс… — тренер опустился на край моей постели, словно сломленный. — Зачем ты так?
— Что именно? — одарила фальшивой улыбкой и надменно возвысилась над ним.
— Твои отношения с Майерсом. Это назло мне? Специально?
— Ты правда думаешь, что мир вращается исключительно вокруг тебя? — в одной лишь майке на тонких бретельках и вызывающе коротких шортиках я опустилась на колени между его разведенных ног. И, дразня, провела кончиками пальцев по его ширинке. Ткань отозвалась недвусмысленным намеком.
— Нет, Кэс! Это, блять, мы вертимся вокруг тебя! — он с яростью отбросил мою руку, вскочил на ноги. Я вскарабкалась и села на кровать.
— Не вижу ничего предосудительного, мистер Браун, — прошептала. Боже, когда он был в гневе, во мне просыпалось животное желание нарушить все запреты и отдаться ему здесь и сейчас.
— Значит, он был третьим? — презрительно фыркнул Ник и схватил с полки кубок за победу в конкурсе чирлидеров, завоеванный нами совсем недавно. В следующее мгновение трофей с грохотом врезался в стену, разлетевшись на осколки.
— Псих, — спокойно констатировала я. — Ты задаешь не те вопросы, Ник, — в голосе сквозило раздражение. — Ты не можешь их наказать, они же твои ученики. Ничего не можешь сделать. Только вспоминать, как они имели во все дыры твою… черт, да я даже не знаю, кто я для тебя.
— Я убью их, — выплюнул он, но в словах слышалась фальшь.
«Хоть ты и трахарь сотого уровня, но в душе — жалкий слабак».
— Конечно, — я саркастически склонила голову и вытянула губы в невинном поцелуе. — Ты пальцем их не тронешь. Ведь если всплывет правда о том, что они со мной сделали, что ты сделал, поднимется такой шум… А я не хочу скандалов. Мы просто должны забыть. Понимаешь?
— Я все сделаю тихо, обещаю, — он шагнул ко мне, обхватил мои ладони своими. — Я сделаю это для тебя, Кэс.
— Ты делаешь все только для себя. Как убил Сару — ради своей безопасности. И Мэри?
— Да чтоб тебя, Кэс! — он с силой припечатал меня к стене, впиваясь всем телом. — Последний раз, твою мать, говорю! Я не убивал Мэри!
— Знаю, — без тени эмоций ответила я, а затем уголки моих губ тронула умиротворенная улыбка. — Ведь это была я.
Глава 15. Волки и Волчица
29 августа 2021 года
Мэри ворвалась ко мне утром, словно уголек в печи, мечась по спальне без всякой причины. Она попросила поехать на озеро Клара Мир, что было по меньшей мере странно, ведь мы там почти не бывали. Родители уже умчались на работу, и нам не нужно было отчитываться, зачем и куда мы собрались так рано. Я согласилась, но Мэри, не дожидаясь, рванула вперед. По пути я заехала купить нам кофе.
Август плавился в зное, даже утро дышало сухим жаром. Ближе к парку Медоу эт Пидмонт, где зелень плела ковры и воздух звенел чистотой, стало немного легче. А у озера и вовсе — словно глоток прохлады. Оставив машину неподалеку от берега, я с двумя стаканами холодного латте в руках направилась к Мэри. Она сидела в кузове своего пикапа, свесив ноги.