— А твой член готов ждать вечность? — я пальчиками, словно шаловливыми паучками, поползла к его паху, то и дело бросая взгляд то на его губы, то на внушительный бугор под тканью брюк.
Затем, положив ладонь на него, ощутила такую раскаленность, будто кузнец только что достал из печи и выковал его член. Я бы уже сама его изнасиловала, но нужно было ждать. Майерс откинул голову назад и облизнулся, как довольный кот, что напился молока.
Зная властный нрав Рэя, казалось невероятным, что он поддался манипуляции. Этот умный мальчик всегда просчитывает шаги наперед. Несомненно, он испытывал меня, наблюдая, как долго я смогу сдерживаться, чтобы не отдаться жажде его огромного… почти тридцати сантиметрового члена.
Я переползла на мягкий серый ковер, встала на колени и потянулась, чтобы развязать узел на спортивках. Тело дрожало от напряжения, киска терпела спазм за спазмом, а матка начинала рыдать, представляя, как он вновь будет биться об нее.
— Ты точно этого хочешь? — прошептал он, склонив голову. Затем коснулся пальцами моего подбородка, приподнимая его.
— Тебе всегда было плевать на мои желания, — ответила я с лукавой улыбкой, возясь с его шнурком.
— Если ты делаешь это, чтобы отомстить…
— Я делаю это, потому что хочу… хочу тебя всего, — выдохнула, и каждое слово было чистейшей правдой. Я никогда так не хотела мужчину, как его, блять, даже Ника так никогда не желала. — Хочу не только твой член, то и тебя самого…
В глазах Рэя вспыхнули красные искры, словно отблески костра на изумрудном лугу. Уголки губ дрогнули в едва заметной ухмылке, а грудь тяжело вздымалась.
— Прости, малыш, — прорычал он, и его пальцы скользнули в мой рот. Я податливо раскрыла губы, принимая его прикосновение.
Большим пальцем раннинбек круговыми движениями помял язык. Горький вкус кожаного руля его пикапа наполнил мой рот. Слюна попыталась выбежать изо рта, но Рэй поймал ее и вернул домой. Затем в ход пошли другие пальцы. Он протолкнул глубже указательный и средний, моя гортань раскрылась сильнее, чтобы дать им путь, да и не блевануть. Мои ореховые глаза то закатывались, то въедались в его губы. Но лицо его было все таким же спокойным.
Он помыл свои пальцы у меня во рту, вытащил и направил к себе, чтобы облизнуть. Затем одобрительно кивнул, приглашая к самому главному.
Я подползла еще ближе, руки уже немели от жажды обхватить его смертельное оружие. Он привстал, давая мне возможность спустить с него штаны. Показалось, что его член стал гораздо больше, чем был в тот вечер. Или может я просто не помню в точности всех подробностей, ведь была под наркотой. Я охнула, посмотрела на лицо футболиста, потом на его твердый как сталь член. Блять, им можно было забивать гвозди.
— Уверена, что справишься? В прошлый раз не брала его в рот, — грудь футболиста тяжело поднималась, я чувствовала всеми фибрами души, как тот пытается себя контролировать.
— Я постараюсь, — мои губы нежно поцеловали головку, из которой уже капала предсеменная жидкость, он вздрогнул. — Вытерплю ради тебя все что угодно.
— Опасные слова, — бедра Рэя подвинули член ближе к моему рту.
Я вытащила язык и стала облизывать эту дубину. Начинала свой пусть от уретры, заканчивала на мошонке. И так несколько раз, пока член полностью не стал мокрым от моих слюней. Майерс продолжил пристально наблюдать за моей работой. Рот продолжал сочиться, как и моя киска. Уверена, если я сейчас поднимусь с пола, подо мной будет огромная лужа. Я открыла рот шире и вместила в себя головку члена. Черт, будто огромный кусок шашлыка с шампура схватила, не рассчитав свои силы прожевать и проглотить. Пока упирала член в щеку, ладонью массировала яйца. Как же мне нравится, что он гладко выбрит. У Ника есть какая-то растительность, небольшая, но есть, а Рэй идеально гладкий.
В две руки я стала распирать жидкости по его члену, вены на котором набухли и сплетались возвышенностями в паучью сеть. Закончив с щекой, высунула язык и продвинула этот Молот Богов глубже. Глаза закатились от наслаждения, от его терпкого вкуса и свежего запаха. На первый раз самостоятельно смогла осилить только пол длины. Рэй бы без проблем мог схватить меня за голову и насильно вдолбить весь член, но он этого не делал, только наблюдал и дышал через рот.