Щелкун, как ни в чем не бывало, опять спросил:
— Ты где пропадал? Глеб сказал правду:
— Был я на капище. Поклонялся Волоту… Волк обошел кругом Глеба, осмотрел его со всех сторон:
— Слышал я, будто ранили тебя, будто ты истек кровью. Но не вижу раны. Наговаривают праздные люди.
— Рана моя в сердце, брат, — глухо ответил Глеб. — Эта рана долго будет кровоточить.
— Знаю, — кивнул Волк. — У меня рана такая же. Все никак не закроется.
— Поэтому и говорю тебе, что знаешь. Значит — поймешь.
Щелкун тронул Глеба за плечо:
— Не ходи туда сейчас. Голову сложишь, а злодея не накажешь.
Глеб упрямо покачал головой:
— Тебе неведомо, как я ныне силен. Меня не взять так просто!.
Щелкун сказал:
— Не всегда силу можно одолеть силой. Подумай, Глеб, если проткнут тебя в воротах копьем, придет ли к злодею кто другой востребовать долги?.. Так и будет он радоваться жизни и творить зло. А тебя бросят во рву, и на косточках твоих будут сидеть птицы, и через ребра твои будут расти пыльные репьи.
Глеб заметил:
— Тебе не откажешь в умении говорить… И сколько я помню, ты всегда вел себя осмотрительно, — он посмотрел на Щелкуна с признательностью. — Что же ты хочешь посоветовать мне?
— Не надо ходить к ним в открытую, не надо вести с ними честные речи. Князья и бояре только зовутся благородными. На самом же деле они подлее самого подлого бродячего пса. И если б тебе удалось посмотреть у Мстислава нёбо, ты бы убедился — оно столь же черно, как нёбо его цепного кобеля. И повадки их схожи: оба норовят напасть со спины.
— Это верно замечено! — согласился Глеб. А Щелкун продолжал:
— Обуздай сейчас свою ненависть. Те козлоголовые, что сидят сегодня в палатах под прикрытием стен, никуда от тебя не уйдут!.. Но чем лучше ты обдумаешь каждый свой последующий шаг, тем горше будут плакать твои враги.
— А мы тебе поможем, — прорычал Волк. Его зеленые глаза сверкнули лютым огнем. Глеб поглядел на друзей тепло:
— Я благодарен вам за ваши слова. Но не могу позвать вас с собой, ибо не рассчитываю выйти из драки живым. Так же сложит голову всякий, кто примет сегодня мою сторону. И я спрашиваю, зачем вам прежде времени обрекать себя на погибель? Волк ответил:
— Не думай, что только у тебя водятся счеты с князьями и боярами…
Этот разговор мог бы продолжаться бесконечно. Но Волк и Щелкун все же убедили Глеба не ходить сейчас в Гривну.
Они сказали:
— Есть у нас одна придумка, брат.
И все вместе ушли с дороги и скрылись в лесу.
Глава 19
Князь Мстислав восседал на троне, обитом синим вытершимся бархатом, Святополк — на лавке у окна. За зыбким столиком в углу сидел старый худой писарь с жиденькой козлиной бородой; он с усердием, со скрипом водил пером по свитку бумаги…
— Написал? — строго спросил Мстислав.
— Да, господин, — старик-писарь повернул лицо; оно, с мелкими чертами, напоминало мордочку мыши.
— Хорошо. Пока не пиши, — кивнул молодой князь. — Мы должны обсудить вознаграждение.
Мстислав обернулся к Святополку и вслух размышлял:
— Пять гривен серебра обещать — много; три гривны серебра за голову Глеба, пожалуй, мало. Думаю, четыре гривны — в самый раз будет…..
Святополк поднялся с лавки, прошелся мимо писаря, заглянул мельком в написанное, сказал:
— Есть у меня, государь, некоторые сомнения насчет серебра. Даже одна гривна дорого стоит, не говоря уже о трех и четырех. Зачем черному люду, к коему мы будем ныне взывать, гривны серебра?.. В доме боярина, например, или княжича, или купца встретить серебро в гривнах — дело обыкновенное. Вроде как и к месту!.. Но мы-то будем обращаться к людям подлым, происхождения низкого — к людям бедным. Им кольцо серебряное иметь — уже счастье. А тут целые гривны серебра!..
Святополк замолчал, поглядел на Мстислава, желая, видимо, узнать, как относится молодой князь к его словам.
Мстислав был весь внимание:
— Продолжай…
Седенький писарь тоже слушал с интересом, поводил мышиной мордочкой туда-сюда.
Святополк, почувствовав одобрение князя, продолжал:
— Гривна серебра, спрятанная в хлеву, — это по меньшей мере странно… Мне думается, государь, разумнее буде предлагать смердам что-нибудь попроще: к примеру, двух лошадей, или трех коров, или пахотное поле…
Князь согласился:
— Вероятно, лошади — удачнее всего… А серебро из казны черниговской мы найдем как применить…
Святополк, довольный, заулыбался: