Тем временем Филипп успел переодеться и вышел к Ксении в рубашке и джинсах, только мокрые волосы выдавали, что он недавно плавал. Он обворожительно улыбнулся и галантно предоставил Ксении свой локоть, чтобы она взяла его под руку.
— Филипп… простите, а ваше отчество? — игнорируя этот жест, вопросила Ксения.
— Карлович. Мой отец — немец. Но тебе мое отчество не к чему. Как ты могла заметить, мы здесь обращаемся по именам.
— Хорошо, Филипп. На самом деле Виктория провела меня по всему отелю. Спа — наша конечная точка, так что не буду вас задерживать…
— Ксюша, — нахмурился Филипп. — Во-первых, не вы, а ты. Мы в «Авроре» — одна большая команда. Выкать будешь моему братцу. Ох и не повезло тебе с боссом… Во-вторых, не бойся меня. Я вижу, как ты от меня шарахаешься, напрасно. Я ничего дурного не хочу. Только познакомиться, нам дальше вместе работать.
— Вы ошиблись, я не боюсь вас…
— Снова выкаешь… Ладно, скоро привыкнешь. Вика быстро освоилась, иногда даже забывается. Кстати, она тебе показала процедурные кабинеты?
— Нет.
— Тогда идем.
Филипп завел Ксению в длинную комнату, в которой находилось несколько кабинок, похожих на пляжные раздевалки. Каждая кабинка предназначалась для определенной процедуры: массаж, обертывание, лечение током. Здесь работало несколько специалистов, а руководил ими некий Марк, знакомство с которым, по уверениям Филиппа, будет фееричным.
— Что это значит? — спросила Ксения.
— Не буду раскрывать всех карт раньше времени, но Марк у нас звезда.
Ксения про себя чертыхнулась. Каждый из тех, с кем она успела познакомиться в «Авроре», был звездой: заносчивая Виктория, высокомерный Александр, самоуверенный Филипп. Только Юра ей показался симпатичным, но она не хотела делать выводы раньше времени.
— Ксюш, и еще… Тебя ждет непростая работа. Мой братец сложный человек, жесткий, требовательный. Он не всегда бывает справедлив. О нем здесь не говорят плохо только потому, что боятся, но я не наемный рабочий и могу сказать как есть. Леша будет тянуть из тебя все соки, а как только оступишься — вышвырнет на улицу. Будь осторожна и знай, что можешь рассчитывать на меня. Если что-то случится, смело обращайся…
Ксения не успела ответить. В спа послышались громкие шаги, а потом в процедурную ворвался разъяренный Алексей. Он даже не посмотрел на свою новую сотрудницу и прямиком направился к брату.
— Фил, какого черта ты тут делаешь?! Я весь день тебя разыскивал! Почему Вика полдня носилась с райдером финских атлетов, когда ты вчера должен был все проверить?! Почему у них была вода в пластиковых бутылках, а не в стекле?!
— О чем ты?!
— Райдер, мать твою… Ты его читал?
— Да, и там было сказано по две бутылки «Восс» на каждый день пребывания. Я заказал им «Восс»!
— Заказал. Пластиковые бутылки. Они не пьют из пластика! Ты совсем кретин? Они останавливаются в «Авроре» третий раз, а ты запомнить не можешь? — И тут Алексей перевел взгляд на Ксению. — Объясните моему братцу вы, почему важно выполнять требования из райдера досконально. Почему «Восс» должна быть в стекле, а не в пластике?
— Алексей Сергеевич, но я не думаю, что мое мнение сейчас… — промямлила Ксения, но только сильнее разозлила начальника.
— Отвечайте, Ксения! Вы теперь сотрудник «Авроры».
— Считается, что вода в стекле лучшего качества. Кроме этого, она дороже, а для многих важных гостей это определенный пунктик. От того, насколько точно отель соблюдает райдер, зависит, вернется ли гость в следующий раз.
— Усвоил, управляющий? — процедил Алексей, метнув грозный взгляд на брата.
— Я и без тебя это знал.
— Не похоже. И какого черта ты делаешь в спа с моей помощницей?!
— Потому что ты счел возможным загрузить мою подчиненную в ее свободное время, и я считаю, что это неправильно. Вика выматывается за день…
— Конечно, потому что работает за тебя. А что до справедливости, то завтра я дал Вике выходной, а ты возьмешь на себя ее дела по «Авроре». И только попробуй отлучиться, не поставив меня в известность. Охрану я предупредил.
— Идиот! — процедил Филипп и прошел мимо Алексея, специально сильно задев его плечом, но на выходе из процедурной он обернулся: — Ксюш, доброй ночи. И не забывай, что я тебе сказал.
Ксения ничего не ответила и только поежилась, под свирепым взглядом Алексея. Она понимала, что не сделала ничего предосудительного, но отчего-то чувствовала себя виноватой.