— Это эмоции. У него получается говорить гораздо лучше, — пояснил доктор. — Не буду мешать. Оставлю вас.
— Спасибо.
Как только врач ушел, Ксения придвинула стул к койке брата и села рядом. Костя снова попытался улыбнуться и на этот раз вышло гораздо лучше.
— Ка-а-ак ты?
— Хорошо. Очень хорошо. — Сквозь слезы улыбнулась Ксения и взяла брата за руку. — А Малена растет красавицей. Доктор Штерн сказал, что тебе лучше и ты заметно прогрессируешь. Так что скоро поправишься и сможешь взять на руки свою дочь.
— Но-ора… похожа?
— Да, она улыбается, как Нора, но все же это больше твоя дочь. У нее такие же золотые кудряшки, как у нас. И глаза твои. — Ксения смахнула слезинку, и Костя вдруг нахмурился. Она взглянула на свою руку и все поняла.
— Коль… коль… цо?
— Да. Боже. Я все думала, как тебе сказать…
— Ты вышла за… за… за-амуж? Пол?
— Нет, не Пол. Кость, это такая долгая история. Но я тебе все расскажу. Ты первый, кто узнал, что я вышла замуж. И здесь я благодаря своему мужу. Он улаживает кое-какие дела, а потом придет, чтобы с тобой познакомиться.
— К-кто он?
Ксения налила себе стакан воды и залпом его опустошила. Она думала, что будет тяжело, но когда начала рассказывать об Алексее, «Авроре», своей работе и том, как влюбилась, то слова стали литься рекой. Она не заметила, как дурные мысли о муже ушли, а сердце вновь наполнилось любовью. Вспоминая его поддержку, заботу, внимание, Ксения уже не думала о том, что повторяет историю Алисы. Она не говорила Косте о Белом Кролике, чтобы не волновать, и ее рассказ стал прекрасной сказкой о любви.
— Он хо-ороший? Ты лю-ю-юбишь его?
— Очень. Мне кажется, что я люблю его так, что больше невозможно, а потом понимаю, что люблю сильнее, чем вчера. Осталось только как-то рассказать маме, что я вышла замуж…
— Она пой… поймет. Я ску-у-учай-ю по ней.
— Знаю. А она по тебе. По нам обоим. Хм… Мы все делали, чтобы вырасти и быть с ней, а теперь, пусть и не по своей воле, оба ее оставили. Зато у мамы есть Малена. А потом они приедут к тебе, а я смогу вас навещать в свой отпуск. Может, и папа захочет приехать…
— Нет, — неожиданно четко ответил Костя. — Не хо-очу видеть. Нет отца.
— Ладно-ладно, милый. Только не волнуйся. А знаешь, у меня в телефоне есть много фотографий Малены. Сейчас тебе покажу.
Когда Ксения и Алексей покидали Грецию, он вернул ей мобильный. Даже при плохой связи, стоило включить телефон, на Ксению посыпался град сообщений и СМС о непрошедших вызовов. Алексей с ужасом думал, что среди них будет весточка от Белого Кролика, но он так и не напомнил о себе.
После того как Алексей привез Ксению в больницу, он поехал к одному своему давнему приятелю, который пару лет назад вложился в компанию, занимающуюся новейшими технологическими разработками. Он был уверен, что старый друг ему обязательно поможет, и не просчитался. Когда Алексей вернулся в больницу, уже вечерело. Время посещений подходило к концу, и ему предложили дождаться супругу в холле, но он не мог терять ни минуты.
Ксения рассказывала Косте о свадьбе, описывая прекрасное критское побережье, когда в палату вошли Алексей с доктором Штерном. Оба были в отличном расположении духа, и Ксения догадалась, что речь пойдет о чем-то хорошем, но в первую очередь ей хотелось познакомить брата с мужем.
— Костя, познакомься с Лешей. Это мой муж, — гордо заявила она, и Алексей шагнул к ней.
— Здра-а-аствуйте. — Костя хотел протянуть ему руку, но смог лишь пошевелить пальцами, вновь почувствовав себя беспомощным, немощным овощем. Он отвернулся, чтобы муж сестры не увидел на его глазах наворачивающиеся слезы, но Алексей не понял и расценил это как обиду на скоропалительный брак с Ксенией.
— Костя, мы все же теперь родня. Давай на ты. Я очень рад с тобой познакомиться, — ответил Алексей так, словно вел диалог с маленьким ребенком или недоразвитым взрослым. Это задело Костю еще больше, но он нашел в себе силы повернуться и взглянуть в глаза Данилевскому.
— Изви-и-ните, что та-ак го… го… говорю. Проблем… ма пос… пос…
— Знаю, — серьезно ответил Алексей, чувствуя, какую ошибку совершил, заговорив снисходительным тоном. Перед ним был взрослый мужчина, и теперь он это осознал. — Как раз об этом. У меня есть решение для тебя. Это устройство, — Алексей кивнул на коробку в руках доктора Штерна, — синтезатор речи. С помощью него ты сможешь бегло говорить, пока не научишься сам.
— Конечно, занятия по восстановлению речи мы продолжим, — строго сказал доктор Штерн. При Алексее и Ксении он общался исключительно на английском, а вот с Костей предпочитал говорить на немецком, обучая его новому языку, что было своего рода дополнительной терапией.
— Как это работает? — воодушевилась Ксения и потянулась к коробке, чтобы рассмотреть прибор.
— Это небольшой компьютер. Помнишь Стивена Хокинга? Он говорил так же через синтезатор речи. Мы подключим аппарат к Косте, и он сможет небольшим усилием связок передавать сообщение в компьютер, который будет воспроизводить сообщение.
— Здорово!
— Это до-о-рого. Я не мо-огу позво-олить се-еб… себе. — Костя заволновался. Его лицо покрылось испариной, а мышцы, которые не были парализованы, напряглись.
— Костя, даже не думай об этом, — возразил Алексей. — Во-первых, это разработка моего друга, и мне ничего не стоила. А во-вторых, тебе, Наталье Владимировне и Ксюше нужно общаться. Твоя сестра рассказывала, что тебе не всегда удавалось передавать через медсестер сообщения, потому что они не знают русского. А так ты сможешь чаще говорить с родными. Пусть это не твой голос, но Малена сможет услышать то, что ты захочешь ей сказать.
— Спас-спа… Спасибо!