Вот только Ксения не была так уверена, что Филипп подтвердит невиновность Алексея. Сейчас в его руках были все козыри, и он вполне мог избавиться от ненавистного брата.
29. Старый знакомый
Алиса так испугалась, что сразу побежала в указанном направлении, даже не пытаясь объяснить ему, какую ошибку он совершает.
Ксению продержали на допросе гораздо дольше Алексея. Ангельская внешность, тонкий голосок и широко распахнутые глаза выдавали суровому полицейскому ее беззащитность. Иванов не думал о том, с чьей супругой разговаривал, и все сильнее напирал. Его одурманила мысль, что в произошедшем несчастном случае подозреваемым оказался владелец шикарного московского отеля. Такое громкое дело могло либо прославить Иванова, либо принести хорошие деньги. Ведь если Данилевский действительно причастен к покушению на убийство, то наверняка захочет откупиться.
Ксения заламывала пальцы от волнения, ее губы были до крови искусаны, а на глаза то и дело грозили навернуться слезы. Она чувствовала себя полной дурой: сама настояла на том, чтобы обратиться в полицию. А сейчас была вынуждена отвечать на отвратительные вопросы, которые так или иначе выставляли ее любимого мужчину в самом неприглядном свете. Пусть у нее самой были сомнения насчет его искренности, но она все равно знала, что, несмотря ни на что, Алексей — хороший человек.
— Он не ревнивец. Да, ему не нравилось, когда Филипп оказывал мне знаки внимания, но мой муж знал, что я на них не отвечала. И никогда Леша не причинил бы вреда Филу!
— Госпожа Данилевская, я не предъявлю вашему супругу обвинений… Пока не предъявляю, — постукивая по столешнице покусанным кончиком дешевой шариковой ручки, уточнил Иванов. — Наша с вами беседа — не более чем прояснение некоторых обстоятельств.
— Но ваши вопросы…
— Имеют прямое отношение к делу. Мы с сержантом Доренко общаемся со всеми свидетелями, а вы с мужем — основные.
— Да? В таком случае почему не уделили внимания моим рассказам про Белого Кролика? Почему даже не поинтересовались, что стало с тем манекеном, что подсунули Леше в кабинет?
— И что с ним стало?
— Он в подвале. Вы можете его осмотреть, взять отпечатки пальцев.
— Мы обязательно этим займемся, Ксения Дмитриевна. И благодарю вас за беседу. Она была крайне полезной. — Иванов указал ей на дверь.
Алексей ждал Ксению под кабинетом. Его разговор с Доренко прошел гораздо быстрее: сержант дал понять, что Данилевский — главный подозреваемый, а Алексей непрозрачно намекнул, что, если полиция будет придерживаться этой ветки расследования, с чьих-то плеч полетят погоны. Доренко не собирался поддаваться угрозам богатого пижона, но решил, что пока придержит коней. Он не мог и подумать, что в это самое время его коллега изводит Ксению, за что им обоим в скором достанется.
— Леша! — Выйдя из кабинета, Ксения бросилась на шею к мужу. Он подхватил ее и крепко прижал к себе, защищая от всех на свете.
— Все хорошо, родная?
— Нет. Пойдем к нам в номер, — шмыгнув носом, попросила Ксения.
Когда они поднялись, Ксения не смогла сдержаться. Она рухнула на диван в гостиной и горько заплакала. Алексей перепугался, что полицейский посмел ее обидеть и уже был готов сбежать вниз, но Ксения ухватила его за руку.
— Прости меня, Лешенька. Это я во всем виновата.
— О чем ты? Виновата в чем?
— Полиция тебя подозревает. Я рассказала этому мерзкому типу про Белого Кролика, но он словно и не слушал. Пристал с расспросами о тебе и Филе, допытывался, в каких вы отношениях и почему ссорились.
— И ты из-за этого переживаешь? — усмехнулся Алексей и, облегченно вздохнув, сел с ней рядом.
— Конечно! А ты нет?
— Нет, ведь я ни в чем не виноват.
— Фил же сможет это подтвердить, когда придет в себя? — осторожно поинтересовалась она.
— Ты мне не веришь? — нахмурился Алексей.
— Тебе верю, а вот в Филиппе сомневаюсь. Он же не захочет отомстить?
— Нет, не думаю, что брат пойдет на такое.
— Но ведь после того как, по твоим словам, вы все уладили, он пошел к Саше на тебя жаловаться. Разве он не должен был радоваться отпуску?
— Да, но тут другое. Пожаловаться сестре — не одно и тоже, что давать ложные показания полиции.