Сначала, когда свежий номер Harper’s Bazaar появился в продаже, Ксения не почувствовала никакой разницы с собой прежней. Те, кто ее знал, не узнавали Данилевскую на шикарных фотографиях. Те, кто не был с ней знаком, не догадывались, что девушка в строгом плаще, укороченных брюках и скучной офисной рубашке, спешащая на встречу не в самый дорогой московский ресторан, и есть та самая красотка с обложки. Но в один момент все изменилось и разрослось как снежный ком.
Утром на третий день после выхода журнала в интернете стали появляться статьи об Алексее и Ксении. Желтые журналисты, воодушевившись интервью Данилевского в Harper’Bazaar, вспомнили его развод и, по своей любимой практике, изложили слова Алексея на иной лад. К вечеру этого дня история Алексея, Алисы и Ксении была одной из главных тем скандальных сайтов. Откуда-то у журналистов оказались в распоряжении многочисленные фотографии Алисы, а на одном из сайтов даже сделали коллаж снимков из поездок Алексея в Будапешт с первой и второй женой. В одночасье страничка Ксении в «Инстаграме» стала популярной, и у нее появились тысячи подписчиков. И если одни восхищались ей как деловой женщиной, другие обвиняли в том, что положения она добилась через постель.
Первое время Ксения старалась не обращать внимания на шумиху вокруг себя и мужа, но с каждым днем становилось все невыносимее. Ее молчание в сети только сильнее раздражало неизвестно откуда взявшихся ненавистников, и на нее полились потоки отвратительных сообщений от совершенно незнакомых людей. Ксения справлялась с трудом.
Видя, как страдает жена, Алексей хотел разнести к черту все мелкие издательства, существующие за счет полоскания чужого грязного белья, и с трудом сдерживал себя, чтобы не поехать к очередному журналисту, осмелившемуся сравнить Ксению с Алисой. Но Алексей прекрасно понимал, что несдержанность все только усугубит. Действовать нужно было тоньше, через профессионалов, поэтому он пригласил в свой кабинет Ксению и вызвал Егора.
— Твои предложения, Егор? Как долго нам терпеть весь этот беспредел? — строго вопросил он.
— На самом деле этот беспредел нам только на руку, — усмехнулся Егор. — О вас никто не помнил, про Ксению вообще не знали, а теперь вы популярные персоны. Вспомните Бузову. Девочка — никто и звать ее никак, а на разводе сыграла так удачно.
— Но я не Бузова! — вспылила Ксения. — Мне все это не нужно. И на статью я согласилась только потому, что ты говорил, что это высокопрофессионально и послужит имиджу «Авроры».
— Так оно и есть. Статья потрясающая. А вся эта шумиха вокруг вас с Алексеем… Не знаю. Я сам не ожидал такого. Но наш народ обожает смаковать чужие семейные дела: свадьбы, разводы…
— Мне только непонятно, откуда у них столько фотографий Алисы, — хмуро сказал Алексей.
— Судя по формату, из «Инстаграма» и других соцсетей, — предположил Егор.
— Она удалила все свои странички после того, как ушла от меня.
— Может быть, потом восстановила?
— Нет. Что за бред публиковать фотографии с бывшим мужем?! Если Алиса и восстановила страницы в соцсетях, то удалила бы оттуда все наши совместные фотографии.
— Леша, ты думаешь… — Ксения не смогла договорить. Одна мысль о том, что Белый Кролик вернулся, вгоняла ее в ужас.
— Я ничего не думаю. Пока, — серьезно сказал он. — Нужно все проверить, прежде чем делать какие-то выводы.
— О чем вы? — вмешался Егор.
— Это наше дело, а вот твоя задача выяснить, откуда у журналистов фотографии Алисы, и сделать все возможное, чтобы мою жену оставили в покое, — резко ответил Алексей, и Егор стушевался под его суровым взглядом.
— Я постараюсь, но вы же знаете, журналисты защищают свои источники.
— Ну ты уж постарайся, Егор. Когда устраивался ко мне, рассказывал, какой у тебя большой опыт, какие связи… Так вот ими и воспользуйся. Ксюш, — Алексей повернулся к супруге и легко улыбнулся кончиками губ, — я думаю отменить поездку в Сингапур. Не хочу оставлять тебя одну в такое время.
— Не переживай, милый. Это всего три дня. Ничего сверхъестественного не произойдет. Но тебе важно лететь.