— Эй! Что происходит! Остановитесь! — крикнула та ей вслед, но Ксения и не подумала ее слушаться.
Острый гравий впивался в ступни, тонкие чулки порвались, но Ксения практически не чувствовала боли. Она подбежала к машине, кинула туфли и сумочку на заднее сиденье и босая села за руль. За ней не было погони, но она не сомневалась, что вот-вот кто-то прикажет ее задержать. Она вырулила на подъездную дорогу и нажала на газ.
— Ворота! Черт! — громко выругалась она и ударила по тормозам прямо перед ними.
Никто не спешил ей открывать. Ксения стала отчаянно сигналить, но охрана словно не слышала. «Конечно, они наверняка получили указание не выпускать меня. Но я все равно не выйду из машины. Интересно, эта машина сумеет их протаранить? Вряд ли, скорее, сама будет всмятку». Но тут ворота разъехались, открывая путь к свободе. Не веря своему счастью, Ксения нажала на газ.
Несколько километров она ехала, не сбавляя скорости, и только когда клиника оказалась совсем позади, съехала на обочину. Ее ступни неприятно саднило. Ксения кое-как стянула с себя чулки и влажными салфетками протерла мелкие царапины. Но эта боль была ничем по сравнению с тем, как изнывало ее сердце. В голове вертелись самые безумные догадки и каждая из них подтверждала то, что ее муж — чудовище. В юности Ксения любила «Джейн Эйр», но даже не думала, что сама окажется на месте героини. «Неужели, там Алиса? Как он мог? Он запер ее в психушке?! Что это? Месть за измену? Что с ней стало за три года?»
Неожиданно послышался неприятный гудящий звук. Ксения вздрогнула и обернулась. Звук исходил из ее сумочки. Телефон. Она потянулась за ней и достала вибрирующий смартфон, на дисплее которого высвечивалась фотография Данилевского. Ксения не решилась ни ответить, ни сбросить. Она закрепила телефон на подставке на передней панели и снова завела машину. Вызов перешел на голосовую почту, и вскоре Ксении пришло уведомление с автоответчика. Набрав в легкие побольше воздуха, она нажала кнопку громкой связи и включила запись:
— Через полтора часа вылетаю в Москву. Нам надо поговорить. Не делай глупостей, — официально отчеканил Алексей.
— Значит, у меня есть около семнадцати часов, чтобы все выяснить и попробовать помочь Алисе. — Ксения крепче сжала руль и прибавила скорости.
33. Поиски правды
Если вы его не подписали, это только усугубляет вашу вину. Значит замышляли что-то преступное, иначе бы честно и открыто поставили свою подпись.
Ксения въехала на территорию «Авроры» и припарковалась прямо перед главным входом. Увидев незнакомую машину, влетевшую на скорости и нагло остановившуюся прямо перед отелем, швейцар Михаил и два охранника решительно направились к ней. Каково же было их удивление, когда водителем оказалась начальница.
— Добрый вечер, Ксения Дмитриевна, это ваша машина? Вы оставите ее здесь? — спросил Михаил, как только Ксения поравнялась с ним.
— Нет, она из проката. Найдите кого-нибудь, кто сможет ее сдать. Все документы в бардачке. Прокат так и называется — «На Баррикадной».
— Хорошо, Ксения Дмитриевна, больше ничего не нужно?
— Нет.
Ксения вложила ключи Михаилу в руку и поспешила в «Аврору». Время поджимало, нельзя было терять ни минуты. Пока Данилевский не вернулся, она собиралась обыскать все его вещи: перетряхнуть одежду, проверить каждую книгу на полке, заглянуть за шкафы и под мебель. Ксения не сомневалась, что может найти у мужа что-то такое, что прольет свет на историю с таинственным пациентом. Если это действительно Алиса, как она думала, то должны были сохраниться какие-нибудь бумаги о помещении ее в клинику. Вот только стоило Ксении зайти в отель, как в лобби на нее налетел сержант Богданов.
— Где вы были? Мне звонил майор Фетисов и сделал выговор!
— Я не ваша пленница! — отрезала Ксения. — И отчитываться перед вами не собираюсь. Если я уезжала, значит, у меня на то были причины.
— Но сейчас вы не покинете «Аврору», — неожиданно уверенно произнес Богданов.
— С чего вдруг? Арестуете меня?
— Нет, но мне приказано никуда вас не пускать и все время быть рядом.
— Идите-ка в задницу со своими указаниями. И майору Фетисову так передайте.
Ксения никогда не выражалась подобным образом, но в данный момент других слов не нашлось. Оттолкнув Богданова, она пошла к лифтам. Сержант на мгновение опешил, но потом бросился за ней.