Алексей громко сглотнул и на этот раз не смог скрыть слез. Как ребенок он заплакал. Ксения хотела обнять мужа, но он сделал это первым и уткнулся лицом в ее живот.
— Я влетел в номер, а там все было в крови. Алиса высмеяла отца, а когда он попытался взять ее силой, ударила. Этот гад обезумел. У него с собой был нож, которым он собирался припугнуть Алису, чтобы та ему отдалась. Не знаю, почему он не воспользовался им по этому назначению… Она была уже мертва, когда пришли мы с Петром Андреевичем. Я кинулся на отца, и он, защищаясь, порезал мне шею.
— Так вот откуда этот шрам, — прошептала Ксения.
— Отец был сильнее Алисы, но не меня. Я скрутил его как раз в тот момент, когда явился Фил. Не знаю, поверил он нам или нет. Иногда мне кажется, что брат считает убийцей меня. Но даже если Фил мне и верит, он не может простить мне другого. Того, как мы поступили дальше.
— Сказали, что Алиса уехала?
— Все взяли на себя Петр Андреевич и Елизавета Павловна.
— Елатонцева?
— Да. Они убедили меня, что нельзя предавать гласности убийство Алисы моим отцом. Если бы о случившемся узнала общественность, «Аврора» разорилась бы. Я был обязан думать о семье и сотнях людей, которые на меня работают.
— Но как вы скрыли убийство человека?
— Деньги. Родная, деньги в этом мире многое решают. Нам помог майор Фетисов.
— Сергей Леонидович? Так вот откуда вы с ним знакомы.
— Да. Он провернул все так, что никто не узнал правды. Тело Алисы забрали из «Авроры», но всем сказали, что это мой скоропостижно скончавшийся отец. Его же вывели ночью, замаскировав под старика.
— И что с ним стало, если он не умер? — спросила Ксения, хотя уже знала ответ.
— Он закрыт в психушке. С того самого дня, как его увезли из «Авроры», ни одна живая душа не сказала ему ни слова. Хотя для него это слишком маленькое наказание.
— Не говори так. Ты не Бог. Что может быть хуже быть запертым в четырех стенах без общения?
— Погибнуть в расцвете лет, — отчеканил Алексей и отстранил от себя Ксению. Все это время она обнимала его, но сейчас ему нужно было видеть ее глаза. — Алиса была не первой. На руках моего отца уже была кровь.
— Тамара Жилина?
— Откуда ты знаешь?
— Я нашла в шестьсот тридцать седьмом номере папку с вырезками о том убийстве.
— Ее собирал мой дед.
— Твой дед?! Он знал?..
— Да, но замял это дело. Они с Филатовым и Елатонцевой приложили все силы, чтобы скрыть убийцу. Дед считал, что сам сможет наказать сына. Лишил его наследства и приставил людей, чтобы за ним постоянно следили. Хотя это не мешало папе развлекаться. Только когда дедушка умер, он снова стал свободным. Все это мне рассказала Елизавета Павловна. Я пришел в ужас. Взял ту самую папку, что ты нашла, и всю ночь напролет читал и перечитывал статьи о Жилиной. У меня не укладывалось в голове, как можно было столько лет покрывать убийцу.
— Не могу поверить… Елизавета Павловна…
— Убийство Тамары Жилиной осталось нераскрытым. Кроме отца, у нее был и другой любовник — влиятельный бизнесмен с Ближнего Востока. Он попал под подозрение. Для всех оказалось выгодным закрыть дело, что и случилось.
— А как же ее родные?
— Не знаю. Никогда не интересовался ее семьей. Мне хотелось знать о ней как можно меньше, чтобы она оставалась всего лишь именем с газетных страниц.
— Господи… Какой кошмар!
Ксения почувствовала, как остро нуждается в глотке свежего воздуха. В склепе было слишком душно. У нее закружилась голова, и она с трудом не дала себе потерять сознание. Алексей увидел, что жене плохо и ринулся к ней, но она жестом его остановила.
— Я выйду на воздух…
На улице немного распогодилось. Небо все еще было серым, но ветер прекратился. Ксения отошла к старой, покрытой мхом березе, облокотилась о нее спиной и стала глубоко дышать. У нее не укладывались в голове все те ужасы, что рассказал Алексей. Его отец — монстр и убийца, дед — фактически соучастник преступления, как и Елизавета Павловна с Петром Андреевичем. А сам Алексей? Кто он, если сокрыл гибель Алисы и не отдал отца под законный суд? Теперь Ксении стало понятно, почему Филипп твердил, что Данилевский выбрал отель, а не жену. Ведь он лишил Алису даже могилы с собственным именем. А как же ее родители?..
Алексей вышел на улицу и, увидев Ксению, бросился к ней. Он хотел ее обнять, но Ксения отстранилась. Сейчас ей были невыносимы его прикосновения. Слишком много вопросов требовали ответов.
— Что ты сказал родителям жены? — процедила Ксения.
— Моя жена — это ты. Прошу, не называй так Алису.
— Что ты им сказал?!
— Правду, — вздохнул Алексей и, помолчав, добавил: — Для них это был страшный удар. Конечно, они сначала были против, что мы похоронили Алису под именем моего отца, но нам с Петром Андреевичем удалось их убедить.
— Как?! Как можно убедить родителей отказать погибшему ребенку в могиле?! — вспылила Ксения.
— Они практически были банкротами. Бизнес Айдановского разваливался…
— Боже… Нет! Не говори, что ты купил их молчание! — Ксении стало тошно от слов мужа. Она вспомнила портреты, стоящие перед гробами Айдановских. Что чувствовали эти люди, когда им предложили деньги, чтобы они оказались от похорон своей дочери? И как они могли согласиться.
— У меня не было выбора. Алису уже было не вернуть, так они обеспечили себе старость.