Алексей не знал, что ответить. Он не имел права просить ее остаться и не мог сам прилететь к ней в Берлин. Их брак распался, но он думал, что Ксения все равно будет рядом, что, может быть, когда-нибудь… Теперь Алексей терял ее окончательно. Он понимал, что «надолго» легко превратится в «навсегда».
Ксения до последнего сидела в зале ожидания, не решаясь идти на посадку. В глубине души она надеялась, что, как в классической мелодраме, сейчас появится Алексей и попросит ее не улетать. Но, произойди так на самом деле, смогла бы она остаться? Этого Ксения не знала. Единственное, в чем ее уверенность крепла день ото дня, что неправильный с самого начала брак с Алексеем нужно было прекратить.
Из динамика объявили, что заканчивается регистрация на рейс до Берлина. Ксения поднялась со скамейки, достала из сумки паспорт и билет и, в последний раз окинув взглядом зал ожидания, направилась к стойкам регистрации.
Самолет вылетел точно по расписанию. Ксении досталось место у иллюминатора, и она наблюдала за тем, как внизу за облаками исчезает Москва. Когда самолет набрал достаточную высоту, смотреть в иллюминатор стало неинтересно, и Ксения опустила спинку кресла и подложила под голову подушку, но тут загорелся значок «Пристегнуть ремни». Пилот объявил, что они входят в зону турбулентности. Самолет сильно тряхнуло, и Ксения в испуге положила руку на живот. Врач сказал, что недалекий перелет совершенно безопасен, но теперь ей стало страшно, что он ошибся. Вскоре полет вновь стал спокойным, и у Ксении отлегло от сердца. Извинившись перед соседями, она полезла в полку и достала свою сумку. Там, во внутреннем кармане рядом с обручальным кольцом, которое она сняла только этим утром, был первый снимок ее детей. Она знала, что такая вероятность есть, ведь в ее семье двойня не редкость. Сегодня утром врач подтвердил, что она ждет близнецов.
35. Берлин
То ли потому что падение было очень долгим, то ли она падала очень медленно, но у нее оказалось достаточно времени, чтобы осмотреться и порассуждать о том, что может произойти дальше.
Ксения почувствовала легкую дурноту, когда лайнер сделал резкий поворот. Она посмотрела в иллюминатор и глазами нашла знаменитую телебашню, но сосредоточиться на ней не удалось. Самолет стал резко терять высоту, и Ксения нащупала в кармане впередистоящего сиденья бумажный пакет. Весь скудный самолетный перекус тут же вышел наружу. Пожилая дама, сидящая рядом, недовольно поморщилась, и Ксения виновато улыбнулась. Она хотела извиниться, но ее захлестнул новый рвотный позыв.
Самолет стал резко снижаться и теперь летел над широким шоссе, по которому торопливо неслись разноцветные автомобили. Вскоре дорога за иллюминатором сменилась взлетно-посадочной полосой, и шасси жестко коснулись земли.
В прошлый раз Ксения была в Берлине три месяца назад. Они с Алексеем прилетали на четыре дня: он — заключить сделку для «Авроры», она — пообщаться с семьей. С того времени аэропорт Тегель не изменился, но сейчас казался Ксении совершенно другим — слишком холодным и негостеприимным. Она знала, что мама не сможет приехать в аэропорт, поэтому, получив багаж, вышла в зал прилета и достала телефон, чтобы вызвать «Убер», но вдруг услышала, как кто-то громко окликнул ее по имени. Ксения обернулась и увидела, как к ней чуть ли не бежит Филипп. Он сгреб ее в охапку и закружил в воздухе, вызывая очередной приступ тошноты. Ксения попыталась его оттолкнуть, но Филипп явно не хотел выпускать ее из объятий.
— Пусти, — простонала она.
— Прости. Я просто рад тебя видеть, — виновато проговорил Филипп и отпустил Ксению.
— Это ты извини за резкость. Просто посадка была жесткой, и мне все еще нехорошо. Что ты тут делаешь?
— Приехал тебя встретить. Наталья сказала, что не может, а отпустить тебя одну на такси я не мог.
В свои прошлые приезды в Германию Ксения не встречалась с Филиппом. Он специально не заходил к Косте и даже ему не звонил в то время, когда там была она. В глубине души Ксения этому радовалась, ведь так было спокойнее Алексею. А теперь она могла общаться с Филом, не боясь скандала, и призналась себе, что была этому рада.
Дорога до квартиры Натальи Владимировны и Кости была недолгой. Они добрались до дома менее чем за час, по пути разговаривая, как старые друзья. Филипп не касался темы развода, зато вовсю рассказывал о своей новой девушке Хельге. И Ксения почувствовала облегчение. Она не хотела бы повторений его ухаживаний, особенно сейчас, в ее положении.