Ксения проигнорировала выпад Филиппа и стала искать номер Алексея в списке контактов. Раньше он был на быстром наборе, но после развода она посчитала это лишним. Когда Филипп понял, что Ксения не шутит, он выхватил у нее из рук телефон и отключил вызов.
— Эй! — воскликнула она.
— Я сам позвоню Данилевскому. Сделаю это сейчас при тебе, чтобы успокоилась.
— Спасибо.
Алексей ответил не сразу. Филипп уже думал, что не дозвонится брату, но тот все-таки снял трубку. Их разговор оказался быстрым, без намека на какую-либо теплоту.
— Я хотел только узнать, как Сергей? Он не пострадал?
— Он погиб при пожаре. Когда спасатели добрались до его палаты, он уже был мертв. Задохнулся дымом.
— М-м-м… Ну тогда соболезную.
— Не стоит. Это лишнее. Мы оба знаем, что для меня он умер три года назад.
— Ну ладно. Тогда хорошо, что у тебя все в порядке.
— Фил…
— Что?
— Ты знаешь, как дела у Ксюши?
— У Ксюши? — Филипп посмотрел на нее, и Ксения залилась краской.
Динамик телефона был громким, и она слышала все, что отвечал Алексей. Стоило ему только произнести «алло», как ее сердце забилось чаще, а сейчас, когда он интересовался ею, было готово выпрыгнуть из груди.
— У нее все прекрасно. Новая работа, друзья, семья.
— Хорошо. Рад за нее, — холодно произнес Алексей. — Не говори ей, что я спрашивал.
Филипп сбросил вызов и убрал телефон в карман. Он видел, как заволновалась Ксения, и это ему совершенно не понравилось. От мысли, что она все еще любит брата, Фил приходил в ярость, начиная ненавидеть не только его, но и ее.
— Спасибо, что позвонил. Теперь пойдем на кухню. Нехорошо, что мы столько времени здесь вдвоем.
Когда Филипп узнал, что Хельга ушла, не предупредив его, то решил не оставаться на ужин. Ксения с облегчением подумала, что так даже лучше. После ссоры с Филом ей совершенно не хотелось, чтобы он провел в их доме весь вечер. Единственное, что ее расстроило — уход Хельги. Интуиция подсказывала, что приятельница обиделась, только она не поняла из-за чего.
На следующий день Хельга не отвечала на звонки Ксении и проигнорировала оставленные сообщения. Более того, она отказалась от занятий русского языка у Натальи Владимировны. Филипп также не звонил и не писал Ксении, но, в отличие от своей девушки, общался с Костей.
Совсем недавно Ксении стало бы обидно из-за всей этой ситуации, но сейчас она совершенно не думала ни о Филиппе, ни о Хельге. Куда больше ее заботили дети. С каждым днем она все больше ощущала приятное чувство материнства. Ей было сложно проходить мимо детских магазинов, не заглянув внутрь хотя бы на минуту. А как-то раз она не выдержала и накупила кучу детских вещичек.
Сидя вечером в своей комнате, когда мама и брат уже спали, Ксения раскладывала на кровати комбинезончики и распашонки, представляя, как чуть больше чем через полгода будет одевать в них своих детей. Она взяла в руки маленькие желтые пинетки и поднесла их к щеке. Мягкие нити, из которых были связаны башмачки, нежно касались кожи. Ксения улыбнулась сквозь слезы. Ее захватило чувство вины, всю радость ожидания малышей она бессовестно оставила себе одной. У детей был еще и отец, а она столько времени скрывала от бывшего мужа свое положение. Прошло больше месяца, как Ксения улетела в Германию, и за все это время она не нашла слов, чтобы объявить Алексею, что он станет папой. Ксения понимала, что такие вести не сообщают по телефону или в письме, вот только вернуться в Москву пока не была готова.
Она убрала в коробку под кровать детские вещи и легла в постель. Ксения чувствовала, как меняется ее тело. У нее никогда не было плоского живота, но теперь она гордилась этим, представляя, что он начал расти из-за беременности, хотя для этого было еще рано. А вот грудь действительно стала больше. К концу дня бюстгальтер неприятно давил, а соски болели. Ксения почти перестала носить каблуки, потому что к вечеру ноги отекали. Для нее все эти перемены были заметны, но семья так и не догадалась о ее беременности. Иногда Ксения хотела рассказать обо всем маме, бывало, почти признавалась брату, но в последний момент переводила тему. Мама растила детей одна, брат рос без отца. Поймут ли они развод с мужем, от которого ждешь двойню? Этого Ксения не знала.