Ксения думала об этом, когда узнала о беременности. Тогда она всю ночь не сомкнула глаз, читая в интернете самые разные статьи на тему наследственности и генетических заболеваний. Но даже в самой благополучной семье мог родиться ребенок, который вырос бы маньяком, а у отвратительных родителей появлялись на свет замечательные дети. Ксения верила, что ненормальность отца Алексея не передастся его внукам. К тому же если бы это действительно было генетическое заболевание, ее муж не планировал бы собственных детей. В этом Ксения не сомневалась.
— Не хочу об этом говорить, Фил. Единственное, о чем тебя попрошу, это не сообщать брату. Он пока не знает. Я сама должна все ему рассказать.
— Боже, Ксюша… Как же так?..
От его злости не осталось и следа. Филипп выглядел подавленным как никогда. Он вдруг осознал, что теперь Ксения для него безвозвратно потеряна, и это причинило такую боль, какую он не испытывал с того самого дня, когда узнал о смерти Алисы. И вдруг ему стало невыносимо видеть Ксению. Он даже не попрощался, просто развернулся и ушел. Ксения решила его не догонять и не пытаться что-то объяснить. Напротив, она была рада, что Фил ушел. Как бы складывался их разговор, останься он с ней? Единственное, в чем она была уверена наверняка — он ничего не расскажет Алексею.
Наступил декабрь и теперь Рождественские ярмарки, открывшиеся поздней осенью, стали еще краше. В Берлине не было снега, в то время как в Москве он выпал еще в конце ноября. Ксения смотрела на фотографию заснеженного двора «Авроры», сделанную перед тем, как дворники вышли на снегоуборку. Алексей прислал ее утром, сопроводив коротким пожеланием доброго дня. В последнее время их общение изменилось. Данилевский стал писать реже, но каждое сообщение становилось более личным, и Ксения отвечала ему откровенностью. Она даже отправляла бывшему мужу свои селфи, правда, сделанные по грудь. Хотя одежда все еще скрывала небольшой животик, Ксении не хотелось, чтобы у Алексея появились догадки раньше времени.
Как и раньше, она не рассказывала никому о том, что снова общается с Данилевским, но с каждым днем все больше расцветала. Ее израненное сердце понемногу исцелялось. И пусть они с Алексеем были не вместе, уже то, что он вновь становился частью ее жизни, делало Ксению счастливой. Наталья Владимировна была уверена, что все дело в детях, которых ждала ее дочь, а Костя решил, что сестра светится из-за Филиппа. Он помирился с Ксенией уже на следующий день после ссоры. Рано утром Фил принес пакет мандаринов, шоколадный торт и, на всякий случай, соленых крендельков. Извинившись за свое поведение, он пообещал стать любящим дядей для племянников в ответ на Ксенину дружбу. И в этом она не смогла ему отказать.
Филипп стал так часто бывать у Ксении, что Костя подумал, будто сестра неравнодушна к его другу, и таким раскладом был очень доволен. Хотя с Алексеем у него сложились неплохие отношения, и ему Костя был безумно благодарен за возможность беспроблемно общаться с другими людьми, Филиппу симпатизировал больше. И когда Ксении грозило стать матерью-одиночкой, Костя подумал, что лучшего отчима для племянников, чем Фил, не найти. Одним вечером у них даже состоялся откровенный разговор, и он пообещал поддержать друга, если тот решит принять Ксениных детей.