Ксения была готова в любой момент схватить керосинку. Оставалось только Людмиле Марковне чуть приблизиться, но она, словно знала ее намерения. Неожиданно она вытащила из-под своей вязанной кофты пистолет и направила его на Ксению.
— Мне очень жаль. Видит Бог, я не хочу причинять тебе боль.
Ксении казалось, что у нее из легких выбили весь воздух. Она не хотела верить, что это — последние минуты ее жизни, что сейчас все померкнет и дикая боль отберет надежды на будущее. Как бы ей хотелось, чтобы все происходящее было страшным сном, чтобы рядом оказалась мама, которая бы обняла ее, поцеловала в макушку и ласково сказала, что это лишь ночной кошмар. «Мама… неужели я больше никогда ее не увижу. Она будет убита горем».
— Подумайте о моей маме, — с трудом проговорила Ксения. — Вы же знаете, как это — потерять дочь.
— Девочка моя! — Людмила Марковна бросилась к Ксении и крепко ее обняла. Она гладила ее по спине рукой с пистолетом, приговаривая самые разные нежные слова, будто Ксения была ее ребенком. — Ну почему ты выбрала Данилевского. Знаешь, я же в глубине души не просто хотела навредить ему через тебя, мне хотелось, чтобы ты его оставила. Так ты бы себя спасла. А в итоге этот мерзавец погубил двух своих жен…
— Но почему вы вините во всем Лешу? Это же его отец все сотворил… Как бы некрасиво Леша ни поступил, он не заслужил такой вашей мести.
— Он отобрал у меня Алису. Из-за него моя девочка погибла.
— Но Леша любил Алису!
— Чудовищной любовью. Мою дочь все любили такой любовью, какую врагу не пожелаешь. Айдановские, Данилевские… Знаешь, когда мы с Ильей договорились хранить тайну о моей дочери, я немного успокоилась. Мне удалось принять такой порядок вещей. Но потом мой муж заболел. Он чах на глазах, я знала, что он скоро меня покинет, а когда это случилось, я осталась совсем одна. Алиса была моей единственной радостью. Она вышла замуж, стала Данилевской, хозяйкой знаменитого отеля. Втайне я стала мечтать о внуках. Думала, что, когда у них с мужем появятся дети, я придумаю какую-нибудь легенду, чтобы быть рядом. Пусть они не знали бы, что я родная, но любили бы меня, как бабушку. Только этого не случилось. Алиса была несчастна с мужем. Несколько раз я специально останавливалась в «Авроре» и видела их ссоры. А однажды я подошла к Алисе. Она узнала во мне знакомую родителей и захотела выговориться. Но в отеле мы не остались. Рядом с «Авророй» есть один ресторанчик. Дочка предложила в нем поужинать. Конечно, я согласилась. Это был наш первый и последний ужин вдвоем.
— Вы рассказали Алисе правду?
— Нет. Скорее, она рассказала правду мне. Правду о своей жизни. Ты только подумай, насколько ей было одиноко, что она была готова раскрыть душу почти незнакомой женщине?
— Но, может быть, она почувствовала, что вы ей не совсем чужая?
— Ой, вот этого не надо, Ксень. Не надо меня заговаривать.
— Но я не пытаюсь вас заговаривать, — возразила Ксения, но тут же пожалела о своих словах: Людмила Марковна метнула в нее гневный взгляд.
— Алиса мне рассказала, что родители ею совершенно не интересуются. Она с подросткового возраста чувствовала, что становится им не нужна. Будто славная игрушка, на приемах и торжествах, а в обыденной жизни — никто. Моей девочке требовалась материнская любовь, и я могла ее дать, если бы сумела раньше во всем признаться. Мне было так больно слушать, что Айдановские наигрались моей дочерью. Видимо, когда она перестала быть ребенком, их родительские чувства прошли.
— Но они все равно не оставили Алису.
— Нет. Они просто откупались от нее деньгами и были рады сбагрить мужу. Только брак моей девочки с Данилевским не сложился. Алиса рассказала, что муж ее просто не замечает и думает только об отеле. Одиночество толкнуло ее на связь с Филиппом, но и он оказался ничтожеством. Твердил, что любит, а сам не мог ни на что решиться.
— Но Фил предложил Алисе с ним уехать.
— Да, и жить на деньги брата. Филипп не собирался работать, обустраивать быт, создавать семью. Он хотел, чтобы Алиса уехала с ним в Европу, но потом им бы пришлось вернуться. Знаешь, Ксюш, моя дочь не была дурой. Она прекрасно понимала, что вся его любовь не стоила и выеденного яйца. Он бы насытился Алисой и вернулся в «Аврору». И тем не менее, именно из-за него Алиса окончательно рассорилась с Данилевским.