Людмила Марковна тяжело вздохнула и закрыла лицо руками. Она начала что-то бормотать, но Ксения не могла разобрать слов. Казалось, она впала в транс, и это могло быть единственным шансом на спасение. Ксения понимала, что самое неразумное — напасть на вооруженную женщину, но требовалось как-то ее отвлечь, чтобы попробовать сбежать. Она протянула руку через стол к Людмиле Марковне так, чтобы локтем коснуться керосинки.
— Людмила Марковна, на самом деле я вас понимаю.
— Да?.. — она подняла удивленный взгляд и взяла Ксению за руку. — Понимаешь?
— Вы же знаете, как я люблю Малену. Ради нее я готова на все. Не представляю, как бы поступила, если бы ее у меня отобрали.
— Да-да… Малена. Чудесная девочка. Когда ты забрала Малену в «Аврору» и дала мне с ней нянчиться, то я даже забыла про месть, хотя все так же ненавидела Данилевского. Я носила на руках Малену и представляла, что она моя Алиса. Я читала ей сказки, укладывала в кроватку, целовала в сладко пахнущую макушку. А потом… потом и ее у меня забрали. — Людмила Марковна разрыдалась, но не отпустила Ксенину руку. Она так сильно ее сжала, что Ксения поморщилась от боли. — Ты не подумай, что я свихнулась. Я знала, что Малена не Алиса, понимала, что ее место в Берлине с отцом, поэтому смогла принять ваше решение увезти ее в Германию. А сердце ведь все равно болело. Да так, что ничего больше не хотелось. Я даже стала ходить по выходным в церковь. Там пыталась найти какое-то успокоение, и вроде бы даже получилось, пока не прочитала это гнусное интервью.
— Какое интервью?
— То, где Данилевский громогласно заявил, что для него существуешь только ты, что прошлое — это ошибка, что моя Алиса — ошибка! Вот тогда я поняла, что Белый Кролик должен вернуться.
Людмила Марковна еще сильнее сжала Ксенину ладонь, но теперь специально, чтобы причинить боль. Ксения вскрикнула и попыталась отдернуть руку, но хватка оказалась стальной. Тогда она локтем, будто случайно, толкнула керосинку. Лампа соскочила со стола и, упав на деревянный пол, разбилась. Ксения рассчитывала, что, как в голливудском фильме, керосин разольется по полу и старые деревянные половицы моментально вспыхнут, но загорелся небольшой участок доски. Людмила Марковна метнулась к ведру с колодезной водой, стоящему в углу комнаты, а Ксения бросилась к двери. Она не успела выскочить во двор, как раздался выстрел.
— Стой!
Ксения неосознанно, словно героиня дешевого боевика, подняла руки и повернулась к Людмиле Марковне. Пуля ее не задела, но пролетела совсем рядом. Казалось, что она даже почувствовала вибрацию воздуха рядом с левой щекой.
— Куда собралась? Убежать решила?
— Нет. Я хотела позвать на помощь… Лампа… Пожар… — Слова застряли в горле, сердце бешено колотилось, низ живота свело болью, и близнецы отчаянно забились в утробе. Ксения прикрыла глаза и глубоко вдохнула, стараясь не выдать Людмиле Марковне своего состояния. Она хотела схватиться за живот, но вместо этого убрала руки в карманы.
— Чтобы разгорелось, надо было оставить как есть, а я залила водой. Уже все в порядке. — Людмила Марковна шагнула к Ксении, но она отпрянула назад.
— Проблемы? — прохрипел за спиной Георгий.
— Никаких, Гогичка, иди в машину, — пролепетала Людмила Марковна и улыбнулась своему подручному, не сводя с Ксении пистолета. — У нас с Ксюшей еще не окончен разговор, правда, дорогая?
— Да, не окончен. Вы все неправильно поняли. Вы ошиблись насчет Леши.
— О чем ты?
— То интервью, он даже не думал об Алисе. Она для него никогда не была прошлым, и я могу это доказать.
— Что за ерунду ты несешь?
— Людмила Марковна, я же сказала, что понимаю вашу боль. И мне показалось, что нам с вами удалось найти общий язык там, в доме. Знаю, что вы злитесь из-за Леши, но я могу доказать, как много значила для него Алиса.
— Интересно как же?
— Нам нужно поехать с вами в одно место, но только вдвоем.
— Не слушай ее, Люда. Эта девка себе на уме, — встрял Георгий.
— Тш… — коброй зашипела на него Людмила Марковна и снова обратилась к Ксении: — Что за место и почему вдвоем?
— Вдвоем, потому что при вашем друге мы не сможем разговаривать откровенно, ведь так? Иначе вы бы не оставили его ждать в машине.
— Он может поехать за нами.
— Думаю, что в то место, в которое я хочу вас отвезти, стоит ехать вдвоем. Просто доверьтесь мне. К тому же, у вас оружие, а у меня что? — Ксения развела руками.
— Хорошо. Поедем на моей машине. — Людмила Марковна убрала пистолет за пояс платья и кивнув Георгию, чтобы присмотрел за Ксенией, скрылась в доме, а через минуту она появилась в пальто и с сумкой.