Теперь Ксения поняла, почему Алексей вдруг переменился к ней, как только опасность миновала. Но ее до глубины души оскорбило, что он считал ее способной закрутить роман с его братом сразу после развода. Тысячу раз она повторяла, что равнодушна к Филиппу, но, видимо, Алексей не верил, раз такое вообразил.
Ксения поежилась от холода и попыталась согреть своим дыханием свои голые руки. Было ясно и морозно. С черного неба смотрели тысячи ярких звезд, а где-то вдали они пропадали в густых тучах. Только скрип старых деревьев, звук мотора такси и торопливые шаги Алексея нарушали тишину ночи.
Он остановился, не решаясь подойти ближе. Подбирая правильные слова, чтобы вновь начать разговор, Алексей заметил, как Ксения старается отогреть замерзшие руки. Он выругался про себя за то, что не заметил сразу, что ей холодно. Глупая гордость, ревность и сильная обида застилали глаза, и только сейчас Данилевский понял, что вел себя как полный кретин. Он шагнул к Ксении, взял ее руки в свои и поднес к губам.
— Ты замерзла. Почему без перчаток?
— Они где-то в сумке, а она осталась в том доме, — ответила Ксения, не понимая, чего хочет больше: оттолкнуть бывшего мужа или позволить ему себя согреть.
— Нам надо поговорить. Спокойно и без свидетелей. Согласна?
— Не уверена.
— А я уверен. В любом случае оставаться в мороз ночью у кладбища — безрассудство. Нужно возвращаться в Москву.
Алексей взял Ксению за руку и повел к такси, а она так устала сопротивляться, что послушно последовала за ним. Он устроил ее на заднем сиденье, а сам сел спереди и назвал адрес «Авроры».
— Нет! — возразила Ксения. — Туда я не поеду. Высадите меня у ближайшего метро.
— И куда ты поедешь?
— Разберусь, но в отель не поеду.
Таксист взглянул на Ксению через зеркало заднего вида и ухмыльнулся. Он не узнал в парочке хозяина отеля и его бывшую жену, о которых несколько месяцев назад трубила желтая пресса, и, конечно, решил, что стал свидетелем простой ссоры любовников.
— Хорошо, тогда поедем в другое место. Можем где-нибудь поужинать, но, мне кажется, тебе нужен в первую очередь горячий душ, домашняя еда и хороший сон, а не поход в ресторан.
— Я хочу только добраться до города, дальше разберусь сама. На сегодня достаточно событий. Поговорим в другой раз. Сейчас я не в силах.
— Простите, что вмешиваюсь, — вновь подал голос таксист, — но счетчик тикает, время позднее, кругом заканчиваются корпоративы, на дорогах пробки, а МЧС прислали СМС, что скоро начнется снегопад. Если мы сейчас не поедем, то до утра в Москву не доберемся.
— Хорошо, везите нас с женой к Москве, а там решим, куда дальше. — Алексей повернулся к Ксении, но она промолчала, сделав вид, что заинтересовалась пейзажем за окном.
— Так вы муж и жена? — полюбопытствовал таксист. — Я сначала не понял.
— Вас это не касается и, кажется, вы спешили скорее вернуться в город. Так давайте поедем, — отрезал Алексей.
Ксения откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. Только сейчас она стала понимать, через что прошла совсем недавно. Все произошло так быстро, что как только угроза жизни для нее и ее детей миновала, она словно забыла пережитый ужас, как ночной кошмар утром. Но теперь пришло трезвое осознание случившегося и вдруг накатила необъяснимая паника. Разум подсказывал, что опасности больше нет, но все чувства твердили об обратном. Близнецы, словно чувствуя переживания матери, стали активно пинаться, и Ксения положила руку на живот. Она вновь заплакала, хотя толком не понимала причины.
— Милая, тебе нехорошо? — Алексей повернулся к ней и посмотрел на ее руку на животе. В большом пуховике он не мог разглядеть насколько он округлился, но понимал, что если этот ребенок его, то уже должно быть заметно.
— Нет… я просто… — Ксения громко всхлипнула и посмотрела на бывшего мужа глазами полными слез. — Я просто только сейчас начинаю понимать, что случилось с нами.
— Но все кончилось. Теперь по-настоящему. — Он протянул ей руку, но Ксения лишь мельком взглянула на его раскрытую ладонь и отвернулась.
— Я хочу спать, — прошептала она.
— Тогда поспи. Поговорим позже.