Алексей подозвал Юру и попросил его налить два бокала вина. Ксения удивилась, ведь отлично помнила правило «Авроры» про алкоголь. Алексей краем глаза заметил реакцию своей помощницы и повернулся к ней. Ксения залилась румянцем. Ее зеленые глаза приобрели глубокий изумрудный оттенок, губы приоткрылись, словно она хотела что-то спросить, но не решилась. Когда Алексей увидел ее впервые на собеседовании, она не показалась ему красавицей; довольно милой — да, но не больше. Сейчас он видел в Ксении красоту, которой не замечал ранее. Но это была не холодная красота роковой женщины, а теплая и нежная прелесть. Юра поставил перед ними два бокала вина и блюдце с орешками. Ксения не решилась притронуться к алкоголю, и Алексей сам пододвинул к ней бокал.
— Ксеня, сейчас это не нарушение правил.
— Так что будет с «Авророй»? Вы согласились на реставрацию? — Ксения взяла бокал и сделала небольшой глоток. Терпкое сухое вино приятно заиграло на языке легкой кислинкой.
— Нет конечно. Послал их куда подальше. Вот только наш отель — историческое здание. Часть городского ансамбля столицы и прочее, прочее… Если отказываюсь от реставрации, то мне выпишут постановление, и я буду вынужден проводить работы полностью за свой счет, но все равно с согласования архнадзора.
— Может быть, так лучше? Мы сможем подойти к этому серьезно…
— Да, Ксеня, только это недешево. У меня есть средства, но по карману ударит.
— И что теперь?
— Будем тщательнее контролировать расходы, а на будущей неделе встретимся с реставраторами, которых ты разыщешь для нас.
— Я?!
— Ты справишься, — широко улыбнулся Алексей и залпом допил свое вино. — Я не позволю сделать из отеля, который строил еще мой прапрадед, современное убожество.
— Хорошо. Конечно. Значит, у меня время до следующей недели?
— Именно. А теперь допивай вино и пойдем в лобби, сейчас туда спустятся Вика и представители службы безопасности лорда Балтимора. Они сегодня будут оформлять всю делегацию, чтобы завтра британцы сразу заселились.
Когда Алексей и Ксения спустились в лобби, там еще никого не было. Но они прождали недолго, и из центрального лифта вышла Виктория с двумя мужчинами, в одном из которых Ксения узнала своего старого знакомого. А вот Чарльз Тернер не сразу ее признал. Сначала он поприветствовал Алексея и лишь потом повернулся к ней.
Ксения смотрела на него и не могла поверить глазам. Перед ней стоял человек, которого она презирала настолько сильно, насколько было возможно. Чарльз сделал вид, что не узнал ее, но глаза выдавали правду: он боялся. Ксения понимала, что она для мистера Тернера и всего его семейства как неразряженная мина, которая может взорваться в любой момент. И может быть, они заслужили этого взрыва, только месть ей была не нужна, Ксении был нужен воздух. Она не заметила, как взяла за руку Алексея и крепко ее сжала, а потом перед глазами потемнело.
— Ксеня, что с тобой?!
Алексей успел подхватить свою помощницу. Он уложил ее на кожаный диванчик и на все лобби крикнул, чтобы позвали доктора. К счастью, в «Авроре» был свой медпункт с постоянным дежурным врачом. Чарльз склонился над Ксенией с другой стороны. Такой реакции от нее он не ожидал, а теперь не знал, что делать. Ему хотелось немедленно уйти, но в данной ситуации это было бы крайне нетактично.
Ксения пришла в себя еще до прихода врача. Она открыла глаза и первым, кого увидела, был Чарльз. Его ненавистное лицо воскресило в памяти воспоминания страшного дня, когда она сидела на голом полу под реанимацией для младенцев. Малена боролась за жизнь в своем инкубаторе, а Чарльзу не было до этого дела. Ксения раз за разом набирала его номер, но всегда попадала на автоответчик. Только вечером ей пришло сообщение с просьбой не тревожить ни его, ни его семью. Судьба ребенка Тернерам была безразлична.
8. Семейные ценности
Алиса обожала эти слова — как будто. С ними можно было играть во что угодно. Вчера, например, она предложила сестре: «Давай играть, как будто мы шахматные Короли и Королевы». Но сестра не понимает никаких как будто. «Это невозможно, — сказала она рассудительно. — Нас ведь всего две, а королей и королев — четыре». «Ну и что! — возразила Алиса. — Это же как будто. Ты будешь одной из Королев, а я как будто сразу всеми остальными.