Алексей предложил Ксении бокал вина, но она отказалась, и тогда он заказал большой кувшин домашнего лимонада на двоих. Пока официант разливал напиток в стаканы, Ксения начала излагать Алексею свою идею дополнительного заработка в отеле:
— Про «Москву» все слышали, про театральную сцену и кинотеатр тоже, но почему мы не пускаем туда всех желающих? Наверняка найдется масса людей, которые захотят попробовать наши фирменные коктейли. Только подумайте, какая выручка может быть!
— Мы держали седьмой этаж только для постояльцев скорее по привычке. В советское время места, подобные «Москве», посещать могла только элита, а она вся была у нас. Театр и кинозал дед держал закрытыми для посторонних, потому что не всегда там показывалось то, что можно было демонстрировать широкой публике. В девяностые он думал, что так безопаснее — только постояльцы, никаких людей со стороны. Я не менял этот порядок. Если честно, даже не задумывался, а теперь…
— Конечно! Алексей, это же стабильный доход! А если пригласить в ту же самую «Москву» телевидение? Пусть снимут какую-нибудь передачу и упомянут, что теперь бар открыт для всех!
У Ксении горели глаза. Она с энтузиазмом рассказывала Алексею, как можно разрекламировать инфраструктуру «Авроры». А он в какой-то момент потерял нить разговора, любуясь своей помощницей. В ней Алексей видел себя несколько лет назад, когда дед стал понемногу передавать ему дела «Авроры». Но потом Алексей обратил внимание на семейство через два столика от них. Старший мужчина, видимо отец, не сводил глаз с Ксении, а когда заметил на себе взгляд Данилевского, что-то шепнул женщине, что сидела рядом с ним, и кивнул на их столик.
— Ксеня, там справа мужчина. Он скоро просверлит в тебе дырку. Ты его знаешь? — спросил Алексей, Ксения повернулась и на секунду растерялась.
Совсем рядом с ними, на расстоянии каких-то десятков метров, сидел отец Ксении со своим семейством. Брат и сестра ее не видели, а вот мачеха с папой не сводили с Ксении взгляда. Она кивнула Дмитрию Анатольевичу, но он только сильнее нахмурился и стал не спеша выбираться из-за стола.
— Это мой папа. Он, кажется, идет к нам, — заволновалась Ксения.
— Отлично. Познакомлюсь с ним, — улыбнулся Алексей, чтобы немного приободрить помощницу. Он видел, как она переживает, но не понял почему.
Когда Дмитрий Анатольевич подошел, Алексей хотел подняться, чтобы поздороваться и представиться, но мужчина даже на него не взглянул.
— Здравствуй, Ксюш. Вижу ты хорошо проводишь вечер. Кто твой друг, столь представительный и зрелый?
— Пап, это Алексей, мой начальник.
— Начальник? — удивился Дмитрий Анатольевич и протянул Алексею руку. — Добрый вечер. Дмитрий Анатольевич, отец Ксюши.
— Алексей, начальник вашей дочери, — Алексей ответил на рукопожатие, но Дмитрий Анатольевич специально сильно сжал ему ладонь.
— Алексей, вы всех своих подчиненных водите по ресторанам? — уперев руки в бока, вопросил Дмитрий Анатольевич.
— Папа! — одернула его Ксения, но Алексей остался совершенно спокоен.
— Нет. Только если это деловой ужин. Не хочу, чтобы у вас складывалось неправильное мнение об этой ситуации. Мы с Ксенией с утра в разъездах, остались без нормального обеда и сейчас заехали перекусить, а заодно обсудить дела.
— Ксюша, и где ты работаешь? — Дмитрий Анатольевич теперь обращался к дочери.
— В отеле «Аврора». Я помощница Алексея. Он ее владелец.
— Вот как? В той самой «Авроре»?
— Да.
— А мне не сказала! Даже не звонишь мне, словно я не отец! Мы с тобой виделись только раз после твоего возвращения.
— Но ты сам не заходил и не звонил…
— Только я отец, а ты моя дочь. Твоя мать совсем не научила тебя уважать старших, — поморщился Дмитрий Анатольевич.
Ксения сжала в руке вилку так сильно, что костяшки пальцев побелели. Она и злилась, и была готова разрыдаться, чувствуя обиду за маму и стыд перед Алексеем. Ей хотелось провалиться сквозь землю и захватить с собой отца.
— Не смей ничего говорить про маму! — процедила она.
— Ладно, Ксюш, я не сержусь, — тут же сбавил обороты Дмитрий Анатольевич. — Я все понимаю, но все же пообещай мне позвонить. Я же по тебе скучаю.
— Хорошо, — сухо ответила Ксения, надеясь, что отец сейчас уйдет.
— Не буду вам мешать. Мне нужно возвращаться к своим. У нас небольшое семейное торжество. У Кирилла приняли для публикации статью. Он у нас аспирант, сейчас публикуется в серьезных изданиях, — гордо заявил Дмитрий Анатольевич, поглядывая на Алексея. — Кстати, Кирилл замечательный специалист. Занимается маркетингом. Имейте в виду, Алексей.
— Что, простите? — опешил Алексей.
— Моя дочь как справляется со своей работой? Вы ей довольны?
— Очень. Ксеня умница. Вы должны ей гордиться.
— Вот видите! А Кирилл еще более способный парень. Он не ездил в Лондон, зато здесь оканчивает аспирантуру. Через несколько месяцев защитит кандидатскую. Если «Авроре» требуется высококвалифицированный маркетолог, считайте, что вы его нашли!
— Не требуется. У нас все вакансии закрыты, — отрезал Алексей.
— Что ж, может быть, потом… — стушевался Дмитрий Анатольевич. — Ладно. Я пойду. Пока, мое золотце.