— Вы сами изменили заказ, — повторил Николай.
— Не может этого быть! Я ничего не менял! — вспылил Алексей.
— Но как же? У нас все отмечено: Алексей Данилевский в среду. Вы звонили в четырнадцать тринадцать с этого же номера.
— Вы что-то путаете. Это мой личный номер в «Авроре».
— Но все верно. У нас такие вещи фиксирует программа. Вы сказали, что отменяете заказ на платье ангела и хотите повторить тот костюм, что мы шили два года назад, только по другим размерам.
— И размеры я вам назвал? — Алексей покосился на Ксению, надеясь, что она не верит в тот бред, что нес Николай.
— Да. Рост, обхват бедер для шаровар, размер и обхват груди. Еще вы попросили добавить пуш-ап, чтобы лучше смотрелось, потому что двойки слишком мало для такого костюма.
Алексей снова взглянул на Ксению, но она стыдливо отвернулась. Ему захотелось громко возразить, что ее грудь не нуждается ни в каких поролоновых накладках, но вместо этого продолжил слушать Николая.
— Бред какой-то! Я не мог этого сделать! — наконец воскликнул он. — У меня записываются все разговоры. Я могу проверить.
— Замечательно, Алексей Сергеевич, — не выдержал Николай, — потому что звонили именно вы! Поскольку заказ был срочным и требовал закупки другого материала, мы выставили вам второй счет и выслали факсом! Вы оплатили в тот же день!
— И это я проверю! — Алексей с размаху бросил трубку. — Не понимаю! Ничего не понимаю.
— Как такое могло произойти?
— Ксень, я надеюсь, ты веришь, что я тут ни при чем?!
— Конечно верю! — Ксения взяла Алексея за руку, чуть сжала его ладонь и тут же отодвинулась обратно. — У вас действительно записываются разговоры? Давайте прослушаем.
Алексей редко пользовался этой услугой, но все же иногда приходилось прослушивать телефонные беседы. Все разговоры сохранялись отдельными файлами в виртуальном облаке, доступ в который был только у него. Действительно в прошлую среду в четырнадцать тринадцать из кабинета Данилевского был сделан телефонный звонок в «Костюмы на Кузнецком», вот только в тот момент Алексея самого в «Авроре» не было, поскольку он уезжал на встречу с реставраторами. Но вспомнил об этом он только сейчас. Ксения насторожилась, готовая услышать Аврору, которую все еще подозревала. Но голос оказался мужским и совершенно незнакомым.
— Разве это похоже на меня? — нахмурился Алексей.
— Нет, но он говорил полушепотом, как будто охрип. Хм… Во всяком случае, мы знаем, что магазин не виноват. Они действительно считали, что заказ изменили вы.
— Именно так, — Алексей взял трубку и нажал вызов приемной. — Денис, немедленно зайди.
Секретарь тут же появился на пороге и стразу стушевался под грозным взглядом начальника.
— Денис, скажи, в среду в два часа дня, когда я уезжал к реставраторам, кто-нибудь заходил в мой кабинет? — Алексей говорил как инспектор, допрашивающий подозреваемого, и Денис еще больше зажался.
— Нет. Никто. Вы же уехали, — растерялся он.
— Хм. А ты сам не отлучался?
— Да, я ходил на обед, но всего на двадцать минут. Что-то случилось?
— В твое отсутствие некто проник в мой кабинет и сделал один телефонный звонок.
— Но это невозможно! Вы же сами закрывали дверь! — всполошился Денис.
— Хм. Да. Я всегда ее запираю. Может быть, в этот раз забыл? Столько дел, сейчас не вспомню, — размышлял вслух Алексей.
— А счет? В магазине сказали, что выслали его факсом, и вы в тот же день оплатили, — напомнила Ксения.
— Да, Денис, ты оплачивал счет из магазина «Костюмы на Кузнецком»?
— Оплачивал. Оба.
— Оба? Но я передавал тебе только один! — Алексей стал еще более грозным, и казалось, еще чуть-чуть, и он набросится на несчастного секретаря.
— Один вы передали мне лично, а второй положили на стол с пометкой «срочно в оплату». Там даже была приписка для бухгалтерии, чтобы платежку из банка сразу же отправили на электронный адрес магазина. Разве это не вы его оставили?
— Когда ты нашел на столе этот счет?
— Когда вернулся с обеда.
— И тебя не смутило, что он появился на твоем столе в мое отсутствие?
— Откровенно говоря, я подумал, что не заметил его утром, — виновато сказал Денис. — Поэтому я и не напоминал вам об этом счете. Боялся, что вы спросите, когда отдал его в оплату, и поймете, что сделал это слишком поздно.
— А приписка была сделана моим почерком? У тебя сохранилась эта записка?
— Нет, я ее выбросил. Алексей, у меня и мысли не было, что она может понадобиться, — стал оправдываться Денис. — Почерк, кажется, ваш. Во всяком случае, очень похож.
— Ладно. Спасибо. Можешь идти.