Ксения наспех оделась, причесалась и подкрасила губы блеском. Она чувствовала себя очень неуютно из-за того, что солгала матери, но не могла больше ждать. Ей отчаянно требовалось увидеть Алексея и узнать, что же все-таки между ними происходит. Ксения и не предполагала, что стоит ей появиться в «Авроре», как ее попросят срочно зайти к Данилевскому.
Администратор на ресепшене не объяснила, зачем ее желает видеть начальник, но Ксения догадывалась, что Алексей хочет поговорить об их прогулке. Только сразу к нему пойти Ксения никак не могла. Сначала нужно было немного привести себя в порядок, а заодно захватить из номера деньги, чтобы отдать Алексею долг за их с мамой ужин. Но стоило ей только подняться к себе, как телефон в ее номере стал громко трезвонить.
— Да?
— Ксения Дмитриевна, Алексей Сергеевич требует вас срочно в кабинет, — отчеканила та самая администраторша с ресепшена. — Что передать?
— Ничего. Я иду.
Ксения отсчитала деньги, взглянула на себя в зеркало и выбежала из номера. По пути она столкнулась с Юрой, который как-то странно на нее покосился. Ксения не придала этому значения и зашла в лифт. В последний момент, когда двери уже закрывались, бармен влетел в кабину.
— Ксюш, привет, хотел поговорить с тобой, — нерешительно начал Юра.
— Да, только я спешу. Меня ждет Данилевский.
— Об этом и речь. Он вчера вечером как с цепи сорвался. Не знаю, что случилось, но слышал, что он упомянул твое имя.
— Упомянул мое имя? В разговоре с кем?
— С Катериной Васильевной. Она временная ио Елатонцевой.
— А, ну тогда я догадываюсь, о чем могла быть речь. У меня заканчивается испытательный срок. Алексей, наверное, хочет меня оформить официально.
— Не знаю, уж слишком он был рассержен. Я подумал, если честно, что он узнал про Сашу. Ты же ему ничего не говорила?
— О том, что она продолжает пить? Нет, но если она не остановится, то скажу. Ради ее же блага. Саше нужна помощь.
— Хочешь сказать, что она алкоголичка? — неожиданно вспылил Юра.
— Ничего не хочу сказать. Вспомни, сколько раз она напивалась за последнее время, и сделай выводы сам.
Лифт приехал на первый этаж, и Ксения выскочила из него, как ошпаренная. На самом деле ей действительно стало страшно, что Алексей узнал, как она прикрывала его сестру, и теперь сердится. По пути к нему, она продумывала себе оправдания, но оказавшись в кабинете, забыла обо всем на свете.
Алексей сидел за столом и смотрел на Ксению исподлобья тяжелым пронизывающим взглядом. Его глаза казались черными, как уголь, и даже кожа выглядела смуглее, чем обычно. Он был не просто рассержен, Данилевский был в ярости. Таким Ксения уже давно его не видела и теперь чувствовала себя провинившимся ребенком.
— Вы хотели меня видеть?
— Да, Ксения Дмитриевна, — ледяным тоном ответил Алексей.
— Ксения Дмитриевна?! — ошарашено переспросила она.
— Ваш испытательный срок окончен. Вы нам не подходите. Расчет получите у Екатерины Васильевны, она должна была все подготовить.
— Но… но почему?
Ей казалось, что в кабинете разом исчез весь воздух, глаза защипало от слез, грудь сдавило от боли, и хотелось кричать. Ксения не верила, что все это правда.
— Я не терплю рядом с собой лжецов. Вы нарушили мое главное правило. Теперь можете идти. Прощайте.
— Может быть, я и солгала, но только потому, что считала, что так будет лучше для всех. — Ксения шмыгнула носом и подошла к столу. Ей хотелось держаться с достоинством, но она ревела, как девчонка. Дрожащими руками она достала из своей миниатюрной сумочки кредитку Алексея и наличные, равные той сумме, что потратила. — Вот деньги, что вы одалживали. Можете пересчитать.
— Это лишнее. — Алексей даже не взглянул на карточку и купюры. Он отвернулся к компьютеру и всем своим видом показал, что изображение на мониторе интереснее Ксении.
— Как знаете…
Она развернулась и не спеша направилась к двери, надеясь, что Алексей ее окликнет: вдруг, это все какой-то розыгрыш или проверка? Но все было слишком серьезно. Алексей не остановил Ксению. Он продолжал смотреть на монитор невидящим взглядом, когда за ней закрылась дверь, и не позволил себе встать с места, пока звук ее шагов не растворился в шуме гостиницы.
16. Одна правда среди лжи
Мне же до вас теперь, мои милые, не достать. Мы будем так далеки друг от друга, что мне будет совсем не до вас… Придется вам обходиться без меня.
Ксения шла по коридору к своему номеру и даже не пыталась перестать плакать. Алексей так и не догнал ее, значит, увольнение — это правда. Вот только она так и не поняла, что послужило причиной такой перемены к ней в начальнике. Почему он не дал возможности оправдаться? Неужели думал, что она ему назло не рассказала про Сашу? А может быть, дело было не в его сестре, а в том случае с овощами для «Крейсера Авроры»? Ксения вспомнила, что всем давно было известно, что она выручила Александра и прикрыла его перед Данилевским. Возможно, слухи дошли и до Алексея?